Кларенс нахмурился.
— Разве вы не живёте в столице?
— Живу, — охотно подтвердил Маккорн. — Несколько месяцев. До того в Каньске жил полгода. Ещё раньше — в Лейске.
— А лаборатория? — удивилась я.
— Снимаю, — пожал плечами природник. — У меня требования не такие высокие, как у вас. Для шаманских практик подходит что угодно, да и для техномагии…
Кларенс сощурился.
— Простите за вопрос, но… Вы твёрдо уверены, что «пожертвование» — это лучшее вложение ваших средств?
Маккорн рассмеялся.
— Не беспокойтесь обо мне, деньги у меня есть! Чего бы чего… Просто не люблю долго сидеть на одном месте, приедается.
Я понимала Кларенса. Я приглашала в свой дом подозрительного сектанта, который получал удовольствие от боли и не имел постоянного места жительства. Может быть, сто тысяч золотых можно добыть как-то более безопасно?..
— Приютите мой саквояж в вашей бричке? — попросил Маккорн, умильно сложив брови домиком. Вот сейчас сказать бы нет и до свидания, но… моё проклятое воспитание… Посмотреть в эти умоляющие глаза и отказать — я не смогла.
Глава 5
Доехали мы к ужину. Меня немного растрясло, и виноват в этом был, конечно же, Маккорн. Если бы не он, мы бы долетели за час, а так пришлось по дороге тащиться. Но в способность природника прочитать карту и найти нужный поворот я не верила — уедет куда-нибудь в Большие Лохолупы, ищи его там потом…
Деревенька при моём имении называлась Малые Жмуры, за что я в своё время её и купила. Ну правда, для некроманта — идеально! Местные поначалу пытались мне доказать, что в их тутошнем говоре это означает «туманы», но я осталась при своём толковании. Хотя туманы тут и правда душевные, особенно на рассвете. Выходишь, как в молоко, и вдруг из этого молока высовывается топор — это Банни идёт дрова колоть, чтобы завтрак готовить, а руки вперёд выставила, чтобы на дерево не наткнуться. В общем, идеальное местечко для моих нужд.
Маккорн слез с лошади, не кряхтя, а когда оказался на земле, даже не попытался размять ноги или растереть поясницу. То ли выделывался передо мной, то ли и правда бывалый наездник. Хотя если он ведёт кочевой образ жизни, то чему я удивляюсь?
— Какая у вас тут влажность! — заметил он, глубоко вдохнув. — Приятно после города! Наверное, растёт всё хорошо?
— Ага, ногти у покойников, — буркнула я, сглатывая кисловатую слюну. Хотелось бы прийти в норму до ужина.
Кларенс кашлянул над ухом, и я сообразила, что ляпнула, и главное — кому! Но Маккорн и бровью не повёл, даже усмехнулся. Интересно, я где-то читала, что бывает, рождаются сросшиеся близнецы, вроде как одна половина тела от одного, другая от другого. Уж не из них ли он? Хотя вряд ли у одних родителей могли родиться маг смерти и жизни. Тут уж что-то одно. С другой стороны, фамилия у него некромантская, а тот, кого он назвал кровным отцом, вроде как против некромантии что-то имеет. Чую, скелетов в шкафу этой семейки — хватит мне лабораторию оборудовать.
Пока я обо всём этом думала, из калитки выскользнула Банни, присела в условном книксене и ухватилась за поводья моих лошадок, чтобы завести бричку во двор.
— Это наш гость, — сказала я ей, небрежно махнув в сторону шамана. — Магистр Маккорн, это Банни, она тут за всех. Она не говорит, поэтому если у вас какие-то сложные вопросы, не решаемые жестами, обращайтесь к Кларенсу.
Маккорн кивнул и улыбнулся Банни. Надо заметить, что дворянскими замашками он не страдал, да и на мои сомнительные манеры обращал меньше внимания, чем тот же Кларенс. Видать, будучи бастардом, рос не в отцовском доме. Ну, мне же легче, а то ещё фыркал бы тут, как это у меня на весь дом одна служанка.
Поскольку одновременно вести под уздцы призраков и живую лошадь нельзя, а то живая быстро перестанет быть живой, Маккорну пришлось заниматься своей кобылой самостоятельно, пока Банни распрягала моих. В Малые Жмуры ещё не провели телефонную связь, а магический вестник летит не быстрее лошади, так что он опередил нас всего на пару часов. За это время Банни успела приготовить ужин, натопить печи и нагреть воды на мытьё, но вот с подготовкой комнаты для Маккорна она не уложилась. А меж тем задача была нетривиальная.
Этот дом с прилежащими землями я купила два года назад. До того им владел разорившийся дворянский род, и обстановка тут была соответствующая — разваливающиеся антикварные кресла, обтянутые атласом, подточенные жучком столики с кручёными ножками, пыльные пологи над кроватями, как из музея… В общем, такое. Большую часть этого хлама я пустила на растопку, кое-что раздала крестьянам, а потом заказала себе необходимый минимум практичной современной мебели. Однако после покупки дома лишних средств у меня не было, а жить здесь предстояло мне, Кларенсу и Банни, поэтому большая часть комнат остались просто пустыми. Я не планировала гостей. Особенно гостей-природников.