Я остановилась и прислушалась к своим ощущениям. Мне показалось, что я уловила в окружающем пространстве слабый след некротики… Гриммы её не источают. Если след остался от твари, которую видели хозяева, то она — что-то мёртвое. Но как знать, тут может быть и труп прикопан где-то, места довольно, и к хозяевам это может не иметь никакого отношения. Фэнни — помещик, а не наследный дворянин, и он хозяйничает на этой земле не так давно. Таким образом, возникает вопрос: что-то напало именно на него или он просто вляпался во что-то, что осталось от прежних владельцев?
Наконец в моём сознании забрезжил зов Кларенса.
Телепатия неизбежно возникает между зомби и его создателем, и от неё невозможно никак избавиться. Это одна из причин, почему зомби не очень-то популярны. Экранироваться от зомби, ноющего тебе прямо в мозг, можно только уехав на приличное расстояние. Новички, которые не сообразили запереть зомби подальше от своего дома, от этого нытья могут и с ума сойти. Более опытные маги выбирают на роль зомби таких людей, которые вряд ли будут ныть, либо дрессируют их, чтобы не смели. Однако и между собой зомби одного создателя тоже способны переговариваться, и хорошо, если они просто сплетничают, а то ведь могут и сговориться о чём-нибудь нехорошем.
В своих зомби я уверена — вредить мне они не будут. Единственная проблема у меня с Банни. Она была моим первым опытом, и не всё прошло гладко, поэтому говорить вслух она не может, а от её телепатических сообщений у меня начинается такая мигрень, что потом весь день только лежать. К счастью, Кларенс переносит общение с Банни спокойно, поэтому с его появлением она стала передавать мне сообщения через него.
Так вот, в моё сознание открылся коридор, и в нём я видела и слышала всё, что видел и слышал Кларенс. Смотреть вокруг и наблюдать за происходящим в ментальном коридоре одновременно было тяжеловато, всё равно что читать книгу на ходу. Но я просто шла по ровной траве вдоль ровной стены, поэтому решила, что ничего страшного не случится, если я отвлекусь на зов Кларенса. Так близко от моего имения не могло водиться ничего действительно опасного, я бы знала.
— Итак, давайте уточним, — говорил Кларенс, переводя взгляд с хозяина поместья на свой блокнот и обратно. Он старался помедленнее шевелить глазами, но даже так меня немного укачивало. — Вы были первым, кому явился гримм, так? Можете его описать?
— Здоровенная псина, — пожал плечами помещик и снова вытер лицо. До меня долетело впечатление Кларенса, что Фэнни хорохорится и порядком перетрусил при встрече с потусторонним, да и теперь не очень-то хочет о ней вспоминать. — С телёнка. Чёрная. И над ней вроде как дым клубится.
— А вы её днём видели? — вклинился Маккорн голосом, полным детского любопытства.
— Нет, ночью. Вышел в сад воздухом подышать, — пояснил Фэнни.
— Чёрный пёс в темноте, — пробормотал Кларенс, делая пометку в блокноте.
— Я знаю, что я видел! — взвился помещик. — Луна была! А эта тварь, она… чернее ночи, как дыра какая-то, понимаете, провал! И дым над ней чёрный такой же.
Я кивнула, невольно передавая Кларенсу своё одобрение. Это и правда было похоже на гримма. В этот момент моя рука почувствовала слабину в контуре, и я ненадолго отвлеклась, чтобы выявить причину: камень с символом-якорем стоял как-то странно. Я чувствовала линию контура, и она была непрерывна, но в этом месте странно изгибалась. Присмотревшись и ощупав стену, я поняла, что камень перевёрнут. То есть он стоит на своём месте, но вверх ногами, и оттого проходящий через него контур искажается, создавая небольшой зазор. Ого. Хитро: если бы камень просто вынули или стёрли с него символ, весь контур бы разомкнулся, и это было бы заметно кому угодно с самым жалким магическим даром. А тут вон чего придумали. Уж это точно не гримм сделал.
Пока я над этим размышляла, я отвлеклась от ментального коридора, и когда закончила вставлять камень на место правильной стороной, Кларенс уже допрашивал жену помещика.
— Я не знаю, почему Гуиллома он не тронул, а меня укусил! — жаловалась она, надувая напомаженные губки. Мадам Фэнни на вид приходилась мне ровесницей, но густой макияж одновременно молодил её и старил.
— Больно было? — сочувственно охнул Маккорн.
— Я не какая-то капризуля, — задрала носик дама. — Так, холодом обдало немного…
Хм, холодом? Значит, не умертвие и не оборотень. От тех бы одним холодом не отделались… Я, правда, не слышала, чтобы гриммы кусали людей. Пройти сквозь человека — это да, но так и призраки могут. И, кстати, холод призракам тоже присущ.