Наступило тяжёлое молчание. Джейлис поспешила спрятаться за спину Сагодвена.
— Хорошо, — неожиданно произнёс Дальгондер. Он был бледен, как сама смерть.
— Ты знал его? — почему-то спросил Ванмангрейс.
— Да. Более того, он мой дальний родственник.
Во время этого краткого диалога Джейлис судорожно гадала, что означало это «хорошо»? Неужто эльф готов пожертвовать жизнью по первому требованию вампира?! Да и чего ради, спрашивается — своего родича он этим к жизни всё равно не вернёт. Или, говоря «хорошо», он подразумевал нечто иное?
— Благодарю за предложение, — заговорил Элестайл после небольшой паузы. — Но в данном случае мне больше подошла бы кровь женщины.
Глава 5
Что?! У Джейлис едва не подкосились ноги. Других женщин здесь явно не было. И вот что, спрашивается, её дёрнуло довериться вампиру!
— Ну уж нет! — взвилась она. — Плевать я хотела на всех мёртвых эльфов вместе взятых! Я отдавать свою жизнь неизвестно ради чего не собираюсь! И известно чего ради — тоже! Тебе Дальгондер, кажется, предложил свою — вот и пользуйся, — со страху она и не заметила, как перешла на «ты».
Вампир выслушал её тираду со странной улыбкой на губах — плотоядной, она сказала бы. А Джейлис, когда красноречие иссякло, тихонько попятилась назад, лелея наивную мечту улизнуть живой. Однако Элестайл схватил её за руку.
— Никто и не просит тебя жертвовать жизнью. Всего лишь немного крови — большего не нужно.
— Много или немного — я-то всё равно умру! — она дёрнулась, пытаясь высвободить руку
— но тщетно.
— Нет, не умрешь.
— Значит, стану вампиршей… а это ещё хуже смерти!
— Не станешь, — снова возразил Элестайл.
— Врёшь!
— Герцогиня, он говорит правду, — вступил в прения Дальгондер. — Неужели вы всерьёз полагаете, что я бы так легко расстался со своей жизнью, пусть даже и во имя выяснения истины?
— Хм… Признаться, ваше предложение меня немало удивило. — Теперь Джейлис снова задумалась о согласии эльфа. — Но откуда у вас такая уверенность, будто не случится ничего страшного? — наконец спросила она.
— Я знаю.
Очень доходчивый ответ — не объясняющий ровным счётом ничего.
— Откуда? — решила настоять герцогиня.
— Ну хорошо. Если я скажу, что мне уже доводилось давать свою кровь вампирам — такой ответ вас удовлетворит?
Краем глаза Джейлис заметила, что Сагодвен вытаращился на эльфа точно так же, как и она сама. А вот на лице Ванмангрейса никаких эмоций прочесть не удалось. Получается, что признание Дальгондера — новость только для Кэйдена? Или второй человек просто настолько хорошо умеет владеть собой? У Сагодвена-то вечно всё на лице написано.
— Ну что, ты согласна? — спросил Элестайл, видя её сомнения.
— А с какой это стати ты вдруг стал мне тыкать?! — возмутилась Джейлис.
Вампир усмехнулся:
— Вообще-то ты первой на «ты» перешла.
— Да?.. — Джейлис попыталась припомнить, так ли это. Кажется, действительно перешла. Но в какой конкретно момент? Ладно, возможно, и первой.
— Так ты согласна? — с напором повторил вопрос вампир.
— Сперва объясни, зачем тебе понадобилась моя кровь, — потребовала герцогиня.
— Необходимо выяснить, кто конкретно из наших убил этого эльфа. Для этого мне и нужна кровь. Подробности тебе ни к чему, да и не поймёшь ты всё равно.
Вампир продолжал сверлить её выжидающим взглядом, в котором чётко читался и некий вызов. А ещё эта едва заметная ироничная улыбка, змеившаяся на красивых губах.
Бестии Тени, что же делать? Отступаться он явно не собирался.
А ей, несмотря на все заверения, страшно было просто до ужаса. Однако выглядеть трусихой не хотелось. Категорически не хотелось.
— А это очень больно? — осторожно поинтересовалась она, глядя на Дальгондера.
Тот отрицательно помотал головой:
— Нет, практически вовсе не чувствуется. Они обезболивают укус.
Джейлис нахмурилась.
— Ну хорошо… кусай, — решилась-таки наконец — Но если вы меня обманули, и я всё-таки умру — учтите, мой призрак будет преследовать вас вечно!
Вампир саркастически хмыкнул. По губам Дальгондера и Ванмангрейса тоже проскользнули неясные улыбки. А Сагодвен, похоже, до сих пор не мог прийти в себя от всех событий и уж улыбаться точно не был способен.
Эта ухмылка Элестайла совершенно не понравилась герцогине, и она продолжила свои угрозы, глядя на вампира в упор:
— А если я, раздери тебя бестии Тени, вдруг стану вампиршей, клянусь, заведу шашни с Дагратдером и добьюсь того, чтобы тебе отрубили голову!