* * *
Глава 6
За окнами снова идёт снег. Порывистый ветер закручивает его белыми спиралями возле домов. Сама подперла голову кулачками и уставилась в доску. Но камера Потеряшки глядит в окно, за которым мелькают снежинки. Хочется вспомнить какие-нибудь хорошие стихи, но занятие, которое старательно конспектирует фоновая задача в телефоне, к этому не очень располагает. Профессорша филологии поправляет очки с толстыми стёклами и задаёт вопрос:
– Кругликов, как вы поймёте фразу: "В натуре без базара, марафет и хабар у кента с говнярки".
– А что тут понимать? – удивляется Шайба. – Типа "Говорю правду - наркота и вещи у приятеля из старого центра".
– Примитивный язык примитивных людей, – роняет со своей галёрки Венерка.
– Как сказать, – не соглашается филологиня. – Я вам уже говорила это в начале года, именно с такими людьми вам придётся зачастую иметь дело. Вы обязаны их понимать. Курова.
Услышав свою фамилию - вскочила.
– Да!
– Пожалуйста - перескажите нынешнюю ситуацию с переговорами по возврату территорий Японии.
– Ну... – приходится выключить мечтательный режим и задуматься. К счастью - не поленилась и почитала об этих событиях не только в учебнике.
– Чисто юрки сто с хреном лет назад отгребли по соплям, нашли блатную подписку за большой лужей и с тех пор крошили батон на папу, что их конкретно обидели. Наши чуваки им на это тихо показывали - где рука сгибается и сливали тёрку. А хрен ли - слей юркам малину, они весь рыбный ларёк прихалтырят. Когда подписка конкретно слилась - юрки вычесали из репы, что пора лезть в авторитеты. Конкретно вложились в пушки и затребовали малину взад без базара, типа - иначе в натуре попишут. Когда их на это папа послал в то же пешее путешествие, они похватались за перья и подняли конкретный беспредел. Типа - не вернёте добром - идём с топором. Только наши пацаны были уже на стрёме, дали мелко побарагозить, а потом накрыли медным тазом и загнали за вторые дворы. Папа конкретно кинул предъяву, что юрки в натуре форшманулись и сами себе злобные буратины. Но предложил типа мировую, потому как на том дворе конкретным пацанам в натуре ловить нечего, а таких базаристых фраеров проще иметь в кентах.
У Елены Леопольдовны манера - дослушивать ответ до конца, неопределённо кивая. Так что непонятно - одобряет она или считает ошибки, чтобы потом огорошить разгромной критикой.
– Юрки заглотили туфту и давили на тёрки, что они тоже - не последние фраера на районе. Но пока паханы на умняке трут тему, шпана расселась по ларькам и решает мелкие вопросы. Под это дело местные терпилы, которых юрки давно в хрен не ставили, подняли бороды и затребовали себе угол возле окна. С тех пор тёрка идёт на троих и папа уже типа не совсем при делах, а чисто смотрящий. Юрки уже чухнули, что их держат за баклана, но понты требуют сидеть на умняке, а по делу - сами себя крутят через матрас. Типа всё.
– Курова, историк - наверно - от Вас в восторге, а вот меня вы разочаровали, на отлично не тянете. Садитесь.
Не смотря на отповедь Леопольдовны, села на место с довольным видом. Эту четвёрку заработала сама - без помощи электроники. Уроки строительной бригады не пропали даром.
* * *
– Кать, и не уговаривай. Я туда не пойду. – упирается подруга. Поставила свою чашку кофе и передвинулась ближе к ней.
– Надька, но это же будет круто! Новогодний маскарад в стиле кибер-панк! Прикинь!
– И что я там забыла? Строить из себя робота?
– Ну почему прямо обязательно - робота? Можно одеться как...
– Кать, перестань. Мне это неприятно.