– Поэтому дорогие вещи лучше носить в старой потёртой кошелке, – резюмирует Могучий.
* * *
– Надь, а ты после лета стала ворочаться во сне.
– Правда? – поднимает брови пластиковая соседка по комнате, держа в руках чулок.
– Точно. Я раньше за тобой такого не замечала.
– Теперь понятно - почему зарядное стало отваливаться. Я уж думала - сломалось.
– У тебя что-нибудь случилось?
– Ну так... – пожимает она плечами, поднимая глаза к потолку. При этом на её губах можно заметить лёгкую улыбку.
– Что-то приятное?
– Как бы тебе сказать, чтобы ты не покраснела... – хитро скашивает глаза соседка. От её намёка, и правда, щекам стало горячо. А потом она добила:
– Мне теперь его не хватает.
– Но ты ведь... Эта...
– Я же тебе говорила, что я живая.
– Вундервафля ты ходячая! Вот ты кто!
Прежде, чем засмеяться, она сделала паузу в пару секунд. По этому поняла, что такого слова Надя раньше не слышала.
* * *
Дядя Гриша хлопнул себя по лбу.
– Вот дурья башка. Увлёкся.
От неожиданности резко затормозила и повернулась к нему.
– Я что-то не так сделала?
– Кстати - могла бы и сама догадаться. Скоро же можно будет тебе сдавать на права.
– Жду - не дождусь.
– А на остальные категории что же? Отдельно пересдавать будешь? Права менять?
– Что значит - остальные...
– А Суреныч не предупредил? Тебе ещё мотоцикл надо в правах открыть.
– Зачем?!
– Здравствуй кума, меня дома нема. А если понадобится куда срочно? По городу мотоцикл всегда быстрее. Прыгнешь на служебный - и...
– А разве они без автопилота?!
– Лучший автопилот - тот, который с головой. Если не хочешь со всеми в пробке стоять. Ты в курсе, что в ручном режиме вести можно, только если у тебя в кармане лежат права с открытой нужной категорией? Иначе только полуавтомат и скорость не выше десяти километров в час.
Кивнула, плавно отпуская сцепление.
– В курсе. В правилах записано.
Дядюшка Патрик плавно съезжает с асфальта и, покачиваясь, крадётся по изрытой ямами грунтовой дороге. Дорогая почти сухая, но приходится следить, чтобы не попасть колесом в какую-нибудь раскисшую яму - однажды уже пришлось вытаскивать дядюшку из такой. А телефон уже набирает номер старшей подруги.
– Привет, куколка. Рада тебя слышать.
– Совка, караул! Я в отчаянии!
– Что стряслось? Твой тебя бросил?!
– Хуже! Мне срочно надо научиться на мотоцикл! Чтобы на права сдать!
– Оп-ля! Надька, ты наконец-то научилась ценить настоящие удовольствия в жизни?! Погоди, я тебе подгоню инструктора. Сейчас.
Разговор прерывается. Глянула на дядю Гришу. Кажется - он ничего не заметил. Все немногие секунды разговора с Софьей-Викторией продолжала ехать, как ни в чём ни бывало. С сосредоточенным лицом и не издавая ни звука. Не успела проехать и пару поворотов - в голове раздался звонок.
– Надька, пляши! Есть инструктор! Сейчас скину его номер. Он тебя знает - на том закрытии был. Так что сказал - и денег с тебя не возьмёт. Если, конечно, ничего не сломаешь.
– Совка, ты золото. Я буду стараться.
– Чего улыбаешься? Нравится? – подмигивает дядя Гриша. – Сверни-ка вон туда. Перед подъёмом остановись и включи понижайку.
* * *
В присланном Софьей-Викторией контакте инструктор значился под именем Якудза. Но при первой встрече протянул руку и представился:
– Толик.
Толик Якудза оказался невысоким крепким мужичком средних лет, с загорелым лицом и грубыми тёмными ладонями. Подведя к старенькому исцарапанному мотоциклу, он уточнил:
– На велосипеде ездила?
– В школе. Приятель научил.
– А правила читала?
– В автошколе.
– Добро. Тогда садись.
Прежде, чем сесть - надела купленные по совету подруги налокотники, наколенники, толстые перчатки. Толик одобрительно покивал, глядя на приготовления.
– На тебе же царапины не заживают? – спросил он как-то, как что-то само собой разумеющееся. Это смутило.