Глава 48. Диалог, что приводит к истине
— Господин Арегор, как вы узнали, что мой первый цвет ауры черный?
— А почему я не должен этого знать, — садясь за стол ответил глава.
— Но этого не знал никто, кроме моих соклассников.
— Ошибаетесь, господин Вирлион, все знают, что один из цветов вашей ауры — чёрный.
— Ч… что? Все знают?
— Да. Все знают, что у Палеана изначально тоже была аура лишь черного цвета, но вскоре цветов стало два. Белый и черный. Поэтому все и знают, что один из цветов ауры господина Вирлиона — черный. Ведь господин Вирлион — это Палеан.
— …
Заметив шок на лице Бажана, господин Арегор тепло улыбнулся и указал мальчику рукой на стул.
— Присаживайтесь, господин Вирлион, ведь нам предстоит очень долгий разговор. И негоже если всё это время вы будете стоять.
На ватных ногах Бажан подошёл к стулу и просто молча плюхнулся на него, продолжая пристально смотреть на главу академии.
— Вижу вы весьма удивлены, господин Вирлион, однако думаю, что это неудивительно. Но неужели вы думали, что я не догадаюсь?
— Я не понимаю о чем вы говорите, — попытался было отпираться Бажан, но к сожалению всё оказалось тщетно.
— Я так не думаю, ведь все вы отлично понимаете, господин Вирлион. Ещё в тот день, когда вы дрались со своими соклассниками прямо перед окнами моего кабинета, я понял, кто вы на самом деле. А когда госпожа Маргарон рассказала мне о том, что вы не испытывали боль от пламени, я окончательно понял, кто вы есть.
— Я…я…
— Не бойтесь, не бойтесь, господин Вирлион, во всем этом замке лишь я один понял сразу, кто вы. Но есть двое учителей, кто тоже не глупы и подозревают, хотя я и пытаюсь отвести эти подозрения от вас. Вы же сами знаете, кто эти учителя, ведь так?
— Господин Барлини и госпожа Маргарон, — тихо ответил Бажан.
— Вот именно. Они пытались достучаться до меня ещё с самого начала учебного года, но у них ничего не вышло.
— Как это? Не совсем понимаю.
— Всё очень просто. Станете ли вы стучать в дверь, которая уже открыта?
— Н… нет.
— Ну, а они да. Они не знали, что я давно все понял. Ещё раньше них самих. Ведь я увидел вас в тот день, когда вы только поступили на обучение. Когда вас только доставили сюда. Но я и не знал, что на следующий день произойдет столько всего и что только подтвердит все мои мысли.
— Вы хотите сказать, что видели меня, в самый первый день моего прибытия? То есть вы видели…
— Да, господин Вирлион, я видел, как господин Фирлион и его компания напала на вас в тот день. И я видел, как вы не могли после попасть в замок. И это именно я отправил господина Бираона нарвать ягод для меня, чтобы помочь вам войти в замок. Я помогал вам с самого начала, господин Вирлион.
— Но зачем вам это? Какая от меня вам выгода? Я ведь всего лишь обычный волшебник из небогатой семьи. Всё, что я могу вам дать, так это новые сапоги, да и то, их сделает мой отец, а не я. А сам я ничего не в силах сделать.
— Зачем мне это, говорите? — с улыбкой на губах спросил господин Арегор. — Хороший вопрос. Хороший вопрос, который заслуживает хорошего ответа. Затем, что вы Палеан, господин Вирлион. Затем, что вы вернулись, а значит не все потеряно. Затем, что всё то, что все думали все эти века было неправдой, но ни у кого не было возможности доказать, что это правда не так. Но теперь есть вы и вы сможете сделать это. Вот зачем мне всё это. Вас обвинили и убили двенадцать веков назад и с тех пор каждый, кто только слышал о вашем имени, проклинал вас в тот же миг. Все привыкли думать, что вы плохой, но это не так. Я знаю, что это не так.
— Почему вы так уверены, господин Арегор? Почему вы такого хорошего мнения о Палеане? Все кругом его ненавидят, но вы нет. Должна же быть причина, чтобы так высоко ценить его.
— И она есть. Она конечно же есть. Иначе просто и не могло бы быть. Но я не могу сказать вам эту причину сейчас, но уверяю, однажды вы всё узнаете сам. Пока, что вы слишком юны и я не стану просить вас о многом, но когда вы станете старше, я осмелюсь сделать это и надеюсь, что вы поможете мне. А пока, что всё, что я могу — это позаботиться о вас и оградить от опасностей. Но к сожалению, я не могу указывать, что и как думать остальным, в особенности господину Барлини и госпоже Маргарон, тем не менее, я уже почти убедил их, что вы не Палеан и я более, чем уверен, что они поверили мне.
— Так значит вы обманули их?
Услышав вопрос, глава академии слегка наклонился к Бажану: