В холле пахло старым пергаментом, чернилами, магической пылью и свечами. Высокие стеллажи вздымались до самого купола зала, в воздухе парили магические фонарики, мягко освещая бесконечные ряды старинных книг. Тишина тут казалась не просто уставом, а самой материей, из которой было построено это место.
Я шагал между полками, разглядывая корешки древних томов. Глаза скользнули по названиям: «Генеалогия родов Севера», «Тайные техники проклятых школ», «Молчаливая кровь»… Но что-то внутри тянуло меня в самый дальний угол. Туда, куда с трудом добирались солнечные лучи через мозаику на больших окнах.
— Иди, — раздался хриплый голос откуда-то слева. Я резко обернулся.
Из-за колонны вышел старик. Высокий, худой, седой, с живыми глазами, в которых плясал слабый синий свет. Пахло от него… чем-то знакомым. Старым железом и кровью.
— Вы кто? — спросил я, но рука уже сама легла на рукоять кинжала, спрятанного под плащом. Это ловушка? Тогда я буду готов к битве!
— Ты чувствуешь, — сказал он с легкой усмешкой. — Хорошо. Это значит, что ты всё-таки из нас.
Он подошёл ближе, протянул руку, и мы обменялись особым рукопожатием — тем, что передавали лишь в братстве теней. Ордене Ассасинов, пальцы будто сами вспомнили движения.
— Меня зовут Игнат Петрович. Когда-то давным-давно… я был тем, кем являешься и ты…
Я не сказал ничего, но сердце моё застучало быстрее. Он знал. Знал, кто я, что я.
— Не пугайся, — сказал он и повёл меня вглубь библиотеки, — мы здесь одни. И это место защищено от лишних ушей древней магией.
Мы сели за узкий стол в конце комнаты, на котором пыль лежала такими слоями, что видно было — тут не сидел никто уже много лет. Но рядом с нами она исчезла сама собой. Интересная магия. Нужно будет взять на заметку.
— Ты знаешь, кем ты был в прошлой жизни? — спросил меня Игнат, склонив голову ближе.
Я сжал свои кулаки. Снова. Этот вопрос преследовал меня с тех пор, как я помнил себя. Кто я? Откуда эта сила? Почему во снах ко мне приходит человек в капюшоне, и его лицо всегда — моё, но не моё?
— Да — сказал я, — С первой секунды в этом теле я знаю, кем я был раньше.
Старик кивнул.
— Я вижу в твоих глазах. Ты был не просто наёмным убийцей. Ты был лучшим из нас.
Я замер. Наконец-то хотя бы на короткое мгновение, я мог быть тем, кем есть на самом деле
— Ты знал меня? Почему тогда я тебя не узнаю?
— Знал. Но я ушел из ордена еще за долго то твоего рождения, но когда всех убили, я поклялся, что если будет хотя бы малейший шанс помочь вернуть наше братство, я это сделаю. Я следил за тобой с первого дня, Демид. С тех пор, как ты впервые оказался в этом городе.
— Тогда это вы… — В памяти всплыли странные моменты: взгляд в толпе, тень за углом, чувство, что кто-то рядом, когда я был один. — Это вы следили?
— Оберегал, — спокойно ответил Игнат Петрович. — Мир, в который ты попал, — это не та академия, за которую она себя выдает. Здесь не обучают — здесь отбирают. И не всегда — лучших.
Я нахмурился.
— Что ты имеешь в виду?
— Я покажу тебе, — он вытащил из-под мантии старую, потрёпанную книгу без названия.
— Это одна из запрещённых хроник. Истинная история Академии.
Я открыл первую страницу — и кровь в жилах похолодела. На рисунке — знакомый мне символ. Метка ассасинов. Только она была перечёркнута. А ниже — надпись:
«Их кровь будет использована для взращивания новой магии. Их тени станут удобрением для света».
— Это написано рукой Архимага Фёдора V, — сказал старик. — Основателя Академии.
Я медленно закрыл книгу.
— Они истребили нас для того, чтобы создать какое-то новое оружие?
— Почти. У них ничего не вышло, так как все Ассасины перед смертью сожгли свои тела и эти уроды не получили даже капли нашей крови. Поэтому я и ушёл в тень. — голос старика сорвался. — Но теперь нас двое и если они про это узнают, то всеми силами постараются получить нашу кровь, Юноша.
Тишина зависла, как нож над сердцем. Я ничего не чувствовал. Только гул в ушах.
— Почему ты не сказал мне всего этого раньше?
— Ты был реще слаб в своём новом теле. И ты должен был сам почувствовать, что Академия не та, за кого себя выдает. Впитать силу. Сейчас ты готов.
Я встал. Воздух вокруг дрожал от магии. Что-то во мне проснулось, что-то древнее, большее, чем я сам.