— Академия — это больше, чем просто школа, — продолжил он, когда глаза снова встретились с моими. — Это… это целый механизм. Жесткий, непредсказуемый. Там учат не только магии и бою — там учат выживать в сложившейся политической и экономической системах. Если ты слаб — ты не дойдёшь до конца. Если ты не хитрее — станешь едой для хищников. Для тех, кто сильнее тебя.
Я внимательно слушал его и только в конце слегка усмехнулся.
— А ты, Иван, значит, фанат Академии?
— Фанат, — кивнул Иван, — Читаю всё, что могу найти в свободном доступе. Истории о преподавателях, слухи о старших курсах, старинные легенды. Знаю, кто в чём силён, кто с кем воюет, кто за что отвечает.
— Ты хочешь сказать, у них там свои войны целые?
— Войны и альянсы, — сказал он, опуская голос. — Иногда тебе кажется, что ты пришёл учиться, а на деле — втянут в игру, где ставки — жизнь и смерть. Моя семья… они не из богатых в целом. Мама и папа жертвовали всем. Это огромный груз и у меня нет права подвести их.
Он посмотрел на меня, в его глазах читалось любопытство.
— А ты? Какая твоя история?
— Я? — усмехнулся я. — У каждого своя охота на этом поезде.
Мы замолчали. За окном мелькнул яркий свет. Очередная станция. Кто-то вошёл, кто-то вышел, по коридору прошёл паренёк с сумкой, в которой звенела цепь.
— Ну уверен, что те ребята просто так отдали тебе мой кошелек. Как думаешь, — тихо спросил Иван, — кто самый опасный среди нас?
Я задумался.
— Тот, кто знает, что он настоящий охотник.
Иван спросил:
— Как звать то тебя, охотник?
Некоторое время подумал, каким же именем представиться и понял, отныне я он…
— Меня зовут — Демид Алмазов. И я с Урала буду. Из Екатеринбурга сам. Тоже, как и ты, не из самой богатой семьи. Но цели и амбиции у меня куда больше, чем мог предоставить тот город в котором я родился и вырос.
Иван улыбнулся. Его глаза блеснули.
— Значит, мы не такие уж и разные с тобой, Демид Алмазов!
— Значит так — согласился я и мы пожали друг другу руки.
Я вышел из купе спустя пару часов, когда Иван уже затих, свернувшись на своей койке. Видимо рядом со мной он чувствовал себя спокойно и в безопасности.
Он очень много говорил до последнего — про преподавателей, про какие-то древние артефакты, которые хранятся в подвалах Академии в хранилищах. Про то, что один из старых выпускников теперь возглавляет целый Отдел магической разведки. Его голос потихоньку растворился в шуме колес.
Мне нужно было пройтись, размять моё новое тело. Привыкнуть к нему, ещё не на сто процентов освоился в нем.
Мышцы тянулись, а голова как будто помнила другое напряжение, прыжки через крыши, удары в гортань, холод лезвия в ладони.
Сейчас — всё иначе, но инстинкты всё равно у меня остались, вместе с памятью.
Коридор вагона был тускло освещен. Пыль в свете фонарей висела в воздухе, как сотни мелких теней.
Я шёл медленно, не спеша, слушал каждый звук, смотрел на картины по сторонам, за окном мелькал новый мир.
Изменённый. Прошло тридцать лет. Для обычного человека это огромный срок, а для меня — смерть и перерождение в новой жизни пролетели, как одно мгновение.
Тогда, в прошлой жизни, в этом мире не было таких поездов. Сейчас — бронированный состав на магических рельсах. Линии силы пульсируют где-то внизу. Всё стало грубее. Функциональнее. Нет привычного стиля, какой-то, что ли изящности.
Вот поле — с воронками, словно после бомбардировки.
Вот деревня — крыши под странными углами, как будто выросли в спешке.
Вот завод — дым чёрный, тяжёлый, будто выдыхает огромный металлический голем.
Мир стал магически-технологическим. Просто факт: ты либо вписываешься в новую картину мира, либо ты остаешься где-то на обочине.
Я прошёл мимо ещё одного купе. Внутри — парочка. Девушка в форме одной из элитных гимназий. Рядом — парень с гладко зачесанными волосами назад. Она говорила, а он просто кивал. Я увидел у нее на запястье тату — знак дома Волгиных. Один из магнатов военной промышленности ещё в мое время.
Дальше — трое студентов спорили о том, будет ли в Академии «отсев» в первую неделю. Один из них явно слышал о таинственном преподавателе по боевой магии, который мог заставить новенького заплакать и отказаться от дальнейшего обучения. Притворялись, что не боятся. Это чувствовалось по дрожи в голосе, по резкости слов и метка в груди издавала какие-то странные вибрации. Видимо она чувствует, когда кто-то говорит неправду. Полезный навык, точно мне пригодится.