Он повёл себя каким-то непривычным для себя образом. Даже выглядел иначе. Вдруг показался таким сильным и мужественным, чего в нём до этого словно не хватало. Оказывается, ему просто не было нужды демонстрировать эти качества.
– Могло быть и лучше, – понуро сообщила я, потирая раскрасневшееся от чужого захвата запястье.
– Ты ведь в курсе, что это ещё не конец? – задал мне какой-то странный вопрос наш созидатель.
Напоминает бессмысленные советы вроде «успокойся» или заверения «всё будет хорошо», от которых вреда больше, чем пользы. Эдакий токсичный позитив.
Мне сразу захотелось устало вздохнуть, расстраиваясь от того, что такой, казалось бы, чуткий и понимающий парень, оказался не таким уж смыслящим в человеческих чувствах.
– Талий, это очень мило, но не слишком-то помогает, – постаралась я как можно более деликатно дать ему понять, что такие заверения, брошенные в воздух, нисколько ситуации помочь не могут.
– Аня, мы ещё не вылетели из игр. В отборочном этапе будет ещё три. Чтобы пройти дальше, нужно выиграть хотя бы три игры из четырёх, – пояснил парень, слегка улыбаясь в ожидании моей реакции на сказанное.
А я и отреагировала. Сначала, правда, ничего не поняла. Потом засомневалась в том, что сделала это правильно. Потом была череда из «а если», «а что вдруг», «и тогда я» и прочие прелести неуверенности в собственных силах. В итоге в моей душе вновь загорелся огонёк уже погасшей надежды, но такой, что едва теплился, не давая согреть даже руки и колышущийся от малейшего дуновения ветерка и который мог потухнуть в любой момент.
– То есть, ты хочешь сказать, что есть ещё шанс пройти дальше? – всё-таки решила я дополнительно прояснить этот момент, боясь неверно всё истолковать.
– Да. Может быть, Богиня нам улыбнётся на последующих играх, – послал мне очередную приятную и ободряющую улыбку парень, который вдруг показался мне самым красивым и замечательным из всех парней, что я знала в Ан Домхайн.
Мне так захотелось его отблагодарить за то, что он тратит свои силы и время на помощь мне. Он искренне желал мне добра, что для академии Менсор в отношении землянки было не слишком популярной линией поведения. Я не удержалась и подошла к парню ближе, неуверенно и неловко его обнимая, боясь, что он испугается такой моей реакции. Не в первый раз уже, но всё равно не знала, как отреагирует.
– Спасибо, Талий. Ты лучший, – проговорила я ему в грудь, пока он всё ещё был в моих объятиях.
От него пахло чистотой и фруктами, даже домашним уютом. Не хотелось отпускать свой островок принятия и доброты, что внезапно сам дал себя найти путнику, потерпевшему крушение, который без помощи уже готов был перестать бороться и погибнуть в морской пучине.
Парень какое-то время не отвечал мне, стоя истуканом и не понимая, как реагировать. Но вскоре я почувствовала ответные объятия, что дополнительно меня успокоили в довесок к приятным новостям.
– Ты не заслуживаешь такой реакции, – озвучил парень причины своего поведения, будто бы оправдываясь за остальных.
Талий неловко поправил сероватые волосы, что привычно были красиво убраны в низкий хвост, который ему невероятно шёл.
До чего же он милый. Повезёт той, на кого Талий обратит своё внимание в романтическом плане. Помимо всех перечисленных положительных качеств моральных, он был приятен даже внешне, что в сумме вообще редкость.
– Ещё раз спасибо. Мне нужно вернуться к Фае, а то она, наверное, уже всё знает и переживает, куда я делась, – вдруг засуетилась я, вспоминая о том, что не только мне одной сейчас плохо, и нужно бы с этим как можно скорее разобраться.
– Я провожу, – внезапно оживился парень, которому будто очень понравилась такая идея.
Его раскосые глаза ярче заблестели, а готовность пойти со мной проявилась гораздо быстрее, чем его обычная скорость мысленного процесса.
– А то снова нарвёшься на какого-нибудь слишком деятельного адепта, - добавил он.
– И не говори, – вздохнула я, с готовностью принимая очередную порцию помощи от Талия, которая уже как будто входила в повседневную норму, и я даже стала допускать мысли где-то на глубине сознания о том, что могу ему нравиться.