– Вот именно, – с достоинством сказала Кайра, привычно устраиваясь внутри моего уха. – А то в прошлый раз я уж думала, что нам конец.
– Если контакт вдруг прервётся, не геройствуйте. Бросайте всё и выбирайтесь оттуда, – Пру поводила перед собой волшебным мини-зеркалом. – Понятия не имею, как долго продержится эта связь. Но если вы меня потеряете, то запомните: замените один из самоцветов на самом большом зеркале в кабинете Оливины вот на этот, и тогда я всегда смогу к нему подключиться. – Она достала откуда-то из-под своего ведьминского плаща обычный на вид розовый камешек и подала нам. – Только не потеряйте его. Самоцвет было очень трудно изготовить.
Я взяла его затянутой в перчатку рукой и сунула поглубже в карман. Потом достала маленькое складное зеркальце, которое Пру дала мне раньше – проверить, работает ли оно по-прежнему. Из зеркальца на меня взглянуло улыбающееся лицо моей фрейлины.
– Привет, Бринн. Меня хорошо слышно? – спросила я.
– Да, госпожа! – её милый голос звучал громко и ясно. Она поправила свой белый чепец и оглянулась по сторонам, удостоверяясь, что нас никто не подслушивает. – Приземляйтесь на лугу за тыквенной бахчой. Я встречу вас там и проведу в замок через кухню. Вечером на заднем дворе уже никого не будет.
Пру гений, честное слово! Она не только соорудила эту карету и изготовила самоцвет, который позволит нам шпионить за Оливиной – её складное мини-зеркальце дало нам возможность всю неделю переговариваться с Бринн, находящейся в Королевской Академии. Пока Корден шил не покладая рук, а остальные составляли план операции, Пру и Бринн позаботились о том, чтобы мы были в курсе всего, что происходит в школе. Ещё благодаря Бринн нам удалось заполучить официальное приглашение на маскарад для некоей принцессы Скарлет из королевства Ланкастер, которая подумывала о переводе в Королевскую Академию. Бринн сумела подсунуть Хэйзел документы на перевод Скарлет и её личное дело с «исключительно многообещающим родословным древом». Оливина пришла в большой восторг от перспективы заполучить такую выдающуюся ученицу и лично написала для Скарлет приглашение. Одним словом, мы трудились изо всех сил, чтобы к сегодняшнему вечеру всё было готово.
Рейна, к нашему удивлению, тоже развила кипучую деятельность.
Всю неделю она отказывалась даже заглядывать в зеркало – из опасения, что это занятие снова затянет её с головой. Поэтому она целыми днями помогала Кордену, просвещая его насчет новейших модных тенденций в КА, и даже сама взялась за иголку.
Когда же настала пора решать, кто будет нашей «принцессой Скарлет», Тара отказалась, испугавшись, что Оливина почует её за многие мили. Рейна нервничала, что провалит дело, я тоже считала, что едва ли гожусь на эту роль, поэтому мы постановили, что это будет Саша. Рейна исправно передала ей всё, что изучали за это время в школе (и что она почерпнула за время своего сидения перед зеркалом), и теперь Саша могла вполне содержательно рассуждать на такие темы, как умение сидеть, как положено светской даме, и, как вежливо прервать нежелательный разговор. Я признала, что последнее умение может оказаться очень даже полезным.
Я снова взялась за розовую пудреницу с зеркальцем, чтобы поговорить с Бринн:
– Как только карета приземлится на территории КА, мы с Тарой проберёмся в замок и там встретимся с тобой. Карета тем временем доставит Сашу и Хита – то есть принцессу Скарлет и принца Эдгара – к парадным воротам замка, где они присоединятся к торжественной процессии гостей. – Мы обговаривали этот план уже, наверное, миллион раз, но я всё равно волновалась. А вдруг нас схватят? Или вдруг мы не сможем попасть в кабинет Оливины?
Бринн на время сумела отвлечь меня от моих тревог.
– Я всё помню, госпожа! Так приятно будет снова увидеться с вами. – Её улыбающееся личико погрустнело. – Вы не представляете, как это ужасно – быть в услужении у Клариссы. Каждый вечер ей требуется массаж ног, потому что она весь день непременно ходит на пятидюймовых каблуках. – Она наклонилась поближе к зеркалу. – А ноги у неё воняют!
Я невольно хихикнула.
– Ладно, хватит болтать. Пора отправляться, – поторопила нас Тара, усаживаясь в карету. Её было не узнать в этом расшитом бисером платье цвета слоновой кости, да ещё с длинными чёрными волосами – она покрасила их особым растительным составом, который состряпал Корден. Сам Корден стремился сделать так, чтобы мы скорее смешивались с толпой, а не выделялись из неё, хотя я всё равно считала, что он превзошёл сам себя.