— Уж постарайся, — хмыкнул мужчина, чуть сжав пряди. — Ты знаешь, он не любит, когда его планы нарушаются.
Любовница промолчала, подавив вздох. Да, придётся. Раз уж ввязалась в это дело. Ну ничего, справится. Не в первый раз.
— Хватит о делах, — мурлыкнула она и подалась вперёд, шаловливая ладошка скользнула по пока ещё мягкому достоинству мужчины. — У нас ещё уйма времени до утра…
Нимфоманка шерххова. Но зато очень полезная. И хозяин спальни без лишних слов опрокинул девушку на спину, впиваясь в губы горячим поцелуем.
Мягкое сияние обволакивало, дарило тепло и спокойствие. Риа купалась в нём, наслаждаясь, и с губ не сходила лёгкая улыбка. Девушка почти не ощущала своего тела, она словно растворилась в этом сиянии, и когда почувствовала лёгкое прикосновение к талии, даже не вздрогнула. Это объятие было так естественно, бережное и нежное. И прикосновение тёплых губ к шее — тоже. По телу прокатилась дрожь, дыхание сделалось прерывистым. Не открывая глаз, Риа развернулась, потянулась за поцелуем, скользя ладонями по крепким мышцам плеч, спины… Сильным, мощным, упругим. Восторг защекотал в животе невидимыми крыльями, кровь быстрее побежала по венам. Рианора получила свой поцелуй, вот только нежности в нём уже не осталось. Жаркий, жадный, голодный, он смял губы ведьмы, и внизу живота вспыхнул настоящий пожар.
Девушка вцепилась в плечи, с не меньшей страстью приникнув к настойчивому рту, отвечая так, будто ничего важнее этого поцелуя не осталось. И если она его не продолжит, то просто умрёт от отчаяния. Горячие ладони с силой провели по спине, почему-то уже обнажённой, и Риа всхлипнула, не разрывая контакта, прогнулась, чувствуя, как позвоночник словно обвила молния, шарахнула в поясницу и отдалась где-то в самой глубине существа. Там возникла жаркая пульсация, подчиняя себе всё тело, отключая разум и оставляя голые инстинкты, сорвавшиеся с цепи. Сияние вокруг стало ярче, приобрело нежно-зелёный оттенок молодой листвы. А поцелуй не прекращался, крадя дыхание, лишая последних остатков разума и оставляя лишь чистый восторг и желание. Оно растекалось хмельным мёдом, кружило голову и оставалось на языке вязкой сладостью с лёгким привкусом корицы.
Ладони переместились на попку, с силой сжали, прижав к мощному телу, и между ног стало жарко и влажно, там тянуло и стреляло, и невыносимо, до болезненной судороги захотелось прикосновений. Там. К её женской сути, где сейчас сосредоточились все желания и мысли. Крайне непристойные и развратные, но от них лишь сердце заходилось в суматошном ритме, словно подгоняя. Давай-давай, скорей-скорей, ну-у же, чего ты медлишь… Горячие губы скользнули по изгибу шеи, и Риа послушно откинула голову, зажмурившись сильнее. Прильнула к мускулистой груди, подставляя свою под лихорадочные, обжигающие ласки. Нетерпеливый рот захватил ноющую вершинку, втянул, и зубы чувствительно прикусили, отчего Риа не сдержалась и тихо застонала.
Кто-то шумно выдохнул, и ушей коснулся хриплый, низкий шёпот:
— Ведьма моя… М-мать твою, не отпущу, не отдам, даже не надейся…
Её глаза широко распахнулись и уставились в потемневшие, глубокие зелёные омуты, в которых бушевал огонь. Осознание обрушилось ледяным душем, и…
Рианора подскочила с колотящимся сердцем, пересохшими губами и пожаром в крови, ошарашенная, сбитая с толку и возбуждённая до предела. Моргнула пару раз, с силой проведя ладонями по лицу, мельком глянула в окно: едва-едва посерело, до рассвета ещё точно не меньше часа. Глубоко, со всхлипом вздохнув, Риа упала на кровать и тихо простонала с отчаянием:
— Да мандрагору ж тебе в жопу по самые гланды, Инквизитор шерххов!
Вот ещё не хватало откровенных снов с его участием, вдобавок ко всем неприятностям. Лучше уж кошмары, там хоть не изнываешь от предательского томления, заставляющего мышцы внутри сжиматься в ожидании удовольствия. Рианора свернулась клубочком, упорно сражаясь с взбесившимися эмоциями, не желая поддаваться и позволять себе рухнуть в фантазии, а телу дать разрядку. Ну уж нет, вот она ещё не получала оргазмов, мечтая о сексе с Вертоном! Ниже падать некуда, точно.
Скрипнув зубами, Риа снова заковыристо выругалась, от души пожелав Конраду точно так же мучиться бессонницей. «А если он о тебе мечтает, душа моя? — коварно спросил внутренний голос с отчётливыми ехидными интонациями Шейра. — Только сомневаюсь, что Инквизитор весь такой правильный и предпочтёт страдать, но не поддаться грешным мыслям».
— Тьфу! — Рианора яростно выдохнула, подскочила и достала свою аптечку.