— Вы моих девчонок обидели, — вместо приветствия и вопроса, чего мы хотим заказать, заявила подошедшая Грета.
— Чего такое? — сразу забеспокоился Корявый, поглядывая то на нас, то на хозяйку таверны.
— Не заплатили Камилле и Луизе за ночь, — пояснила Герда.
Содер посмотрел на меня с таким победным видом, как будто только что взобрался на Эверест.
— Я говорил Гарету заплатить, — заявил он, сдав меня с потрохами.
— Это ты у Тиллианы научился людей закладывать?
— Ну, так давай, скажи Герде то, что мне тогда сказал, — рожу Содера исказила гаденькая улыбочка.
— А что он тебе говорил? — напористо спросила Герда.
— Это ты у него спроси! Эй, Сарда, — окликнул американец проходившую мимо официантку. — Принеси мне кружку бархатного и колбасок в нарезке.
Я, оказавшись под требовательным взглядом Герды, вздохнул.
— Понимаешь, Герда, в тот момент возникли такие обстоятельства, что мне неудобно было разбираться, кто кому и сколько должен.
— В смысле, кто кому? — возмутилась Герда. — Камилла там едва задницей не села на полуметровый штырь на вершине ограды, когда вы ее на территорию Академии пихали, а ты еще рассуждаешь, кто кому должен?
— Ладно! — сдался я, видя, как в нашу сторону начинают с любопытством оборачиваться посетители за ближними столиками. — Сколько мы должны?
— Золотой! — безапелляционно заявила Герда.
— Сколько? — поперхнулся принесенным пивом Содер.
Все-таки бюджет у нас общий, а американец привык трястись над каждой монетой.
— Каждой! — добавила хозяйка заведения. — За моральный ущерб!
На это возмутились уже мы оба.
— Два золотых! Побойся Валеса, Герда! Мы брали их на ночь, а не на год!
— За акробатическое выступление при выходе из Академии я должна была снять с вас еще золотой, жмоты!
— За золотой можно снять на ночь всю акробатическую труппу! Вместе с акробатами и цирковыми медведями!
— Вот в следующий раз и спите с медведями! Камилла и Луиза мои лучшие девочки! Они всегда отдаются работе всей душой!
— В следующий раз я лучше за два золотых сниму жену начальника городской стражи! — с пеной у рта отстаивал наши позиции Содер.
— А то и самого начальника городской стражи! — мой довод вызвал громкий хохот во всей таверне, с интересом прислушивавшейся к нашему спору.
После взаимных пререканий и воззваний к совести друг у друга, сошлись на одном золотом. Думаю, ровно столько в этой таверне Камилла и Луиза зарабатывали за неделю! Ладно, в следующий раз буду мудрее и заплачу сразу же, не дожидаясь, пока мне предъявят претензию.
Вручив означенную сумму Герде, и сделав заказ подскочившей официантке, я с некоторым удивлением обнаружил за нашим столиком весело улыбавшихся Хромого и Сиплого.
— Ну, что? Пришлось платить? — осведомился Хромой.
— Ага, — я выхватил у Содера кружку пива и залпом осушил ее.
— Тут с Гердой не забалуешь. Она кому угодно горло перегрызет за своих девочек, — хлопнул меня по плечу Хромой. — Я еще удивлен, как это она вам уступила один золотой! С любым другим до конца бы стояла, требуя оплату в два золотых.
Мы с Содером кисло переглянулись.
— Ладно, — махнул я рукой. — Нужно думать не над тем, как экономить, а над тем, как больше зарабатывать!
— Правильные слова, — поддержал меня Хромой.
— С тем сюда и пришли. Мы хотим обсудить с тобой поход в…
— Стоп! — вскинул руки Хромой. — Не здесь. Пойдем в Большой зал. Сиплый, скажи бабам, чтобы заказ парней вниз несли. Содер, Гарет, идем.
Спустившись и разместившись в тайном комплексе, я вновь вернулся к интересующей всех нас теме.
— Мы хотели поговорить о походе в Проклятые земли.
Хромой окинул нас с Содером продолжительным взглядом и медленно кивнул.
— В прошлые выходные вы что-то уже пытались сказать по этой теме, но были слишком пьяны, чтобы я воспринимал вас серьезно. У вас есть какие-то предложения?
— Да, — взял слово Содер. — Мы предлагаем организовать поход через три месяца. У нас как раз будут летние каникулы. Целых шестьдесят дней, которые можно провести с пользой для общего дела.
Глава 9
Глава 9
Яль
Королевский дворец
Неприметные руны каменной арки стационарного портала, установленного в портальном зале дворца, постепенно приобрели золотистый оттенок, став хорошо видимыми с расстояния в несколько метров, затем стремительно налились сверкающей синевой, перетекающей прямо по воздуху, словно по невидимой паутине, в центр арки. Множество таких потоков, объединившись в одно целое, породили темное ядро, которое, полыхнув, затопило всю арку от свода до свода, и бесследно исчезло, оставив после себя человека, облаченного в форму легата.