— Да, Гарет?
Преподаватели умолкли, и уставились на меня. Я в ответ одарил их своей коронной улыбкой, которую американец прозвал улыбкой юного олигофрена, и шепотом попросил отойти Клафелинщицу в сторону.
— Что случилось, Гарет?
Я смутился под ее испытующим взглядом, но переборол себя.
— Госпожа Клафелимиди, наставник Гирзы очень нелестно отозвался о наших возможностях.
— Это его дело. Ваше дело, выступить как можно лучше.
Что-то она резко отвечает. Неужели не получится?
— Он сказал, что готов заключить пари на победу Гирзы!
На лице Клафелинщицы появился сдержанный интерес. Это мгновенно помогло мне побороть свою нерешительность.
— Я готов поставить на свою победу некоторую сумму. Вот только сам это не смогу сделать, так как вряд ли они станут заключать пари со студиозом.
— Ты так уверен в себе? — деканша смерила меня оценивающим взглядом. — Сколько хочешь поставить?
— Двести золотых!
Клафелинщица поперхнулась.
— Сколько?
— Двести золотых, — скромно потупился я. — Правда, деньги у нас лежат в Академии. Но мы готовы их перевести через любой из банков, если проиграем. Пока же оставим расписку.
Клафелинщица молчала. Стояла, смотрела на меня, и молчала.
— Хорошо, — наконец, изрекла она. Я облегченно выдохнул. — Вашу расписку вряд ли примут. Я оставлю свою. Если проиграете, отдам свои деньги, а вы их вернете по возвращению.
— Спасибо! — в порыве чувств я обнял Клафелинщицу и ринулся к Содеру.
Тот все это время стоял, поглядывал в нашу сторону, и облучал окружающих фирменной улыбкой.
— Получилось? — сразу набросился он на меня.
— Да! Теперь осталось не облажаться.
Клафелинщица вернулась к преподавателям, и среди них начался легкий переполох. Делают ставки, дамы и господа! Я в предвкушении потер руки. Наставник Гирзы что-то пробормотал по разговорному амулету. У остальных тоже оказался в наличии данный девайс, которым они тоже поспешно воспользовались. Через пять минут в коридор начали стягиваться маги. Даже Драгомир прибежал!
Из аудитории, предназначенной для состязаний первого курса, выскочила еще троица магов, держа в руках листки и карандаши, и вклинилась в разноцветную толпу коллег, скопившихся уже в немалом количестве. Их было даже больше, чем студиозов первого курса! Похоже, начало соревнований на несколько минут будет отложено.
Содер откровенно нервничал. Через несколько минут его беспокойствопередалось и мне.
— Гарет, может, мы зря это затеяли? — пробормотал он.
Мы оба смотрели на бурлящую толпу магов со все нарастающим волнением, и меня посетила предательская мысль — а может Содер прав, и я напрасно пошел к Клафелинщице?
Дверь в аудиторию открылась, и на пороге появился один из магов-организаторов.
— Уважаемые студиозы, входите и рассаживайтесь за свободными партами!
— После свадьбы кулаками не машут, — вздохнул я, и устремился вперед.
Одиннадцать академий, тридцать три соперника и три часа времени на решение всех задач. Интересно, сколько их?
Я уселся за третьей партой во втором ряду. Сапог демонстративно уселась справа, в первом ряду, а Содер успел занять место слева, в третьем. Перед собой я обнаружил кучу листков и три остро наточенных карандаша.
Три мага прошлись по рядам, и положили перед каждым участником три листка, которые велели пока не трогать. Когда они закончили, перед нами встал седобородый дедушка в голубой мантии.
— Добрый день, уважаемые студиозы. Как вы все знаете, этот этап Весенних соревнований призван выявить сильнейших в математике и геометрии. Вам будет дано сто задач, из которых вы должны решить максимальное количество за три часа. Все задачи представлены на обратной стороне листков, которые перед вами только что разложили мои помощники. По моему сигналу, вы их переворачиваете, и приступаете к решению. Все ясно?
Ответом ему было гробовое молчание. Я несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул, выкидывая из головы все посторонние мысли. Волнение постепенно ушло, и на смену ему пришло спокойствие. Абсолютное, нарушить которое было практически невозможно.
Как хорошо, что Иван Алексеевич — мой учитель по математике, научил меня настраиваться перед олимпиадами, успокаивая свои нервы. Психологической подготовке он всегда уделял огромное значение, и это мне очень помогало. Помогло и сейчас.
— Вопросов, вижу, нет, — констатировал дедушка. — Что ж… Начали!
Я неспеша взял листки, перевернул их, и прочел первую задачу. Погнали!