Их всегда десять тысяч. Ни больше, ни меньше.
- Передай юную Странницу кому-то другому. Ты не можешь относиться к ней непредвзято.
- Почему? - Верманд чуть вздернул брови. - Не понимаю вопроса. Почему ты заинтересована в этом? Хочешь взять Кристину под свою опеку?
- Странницу. - Мелинда поморщилась, точно услышала нечто неприличное. - Верманд, ты же помнишь уговор. Не называть их именами. Это может вызвать привязанность. После того случая мы не можем привязываться. Не имеем права!
- Кристина. - упрямо повторил Лорд Равновесия, скрестив руки на груди. - Ее зовут Кристина. И она справиться, не станет такой как тот, предыдущий.
- Вот! Видишь, ты уже судишь предвзято! Верманд, мы не имеем права привязываться! Ты же знаешь лучше меня.
- Знаю. Я всего лишь пытаюсь создать для Кристины благоприятную атмосферу. Ты не учитываешь одну важную вещь.
- То, что эта дикарка явилась из закрытого мира? - опять поморщилась Мелинда.
- Эта дикарка реагирует так, как не всегда реагируют просвещенные. - сухо ответил Верманд. - Помни про непредвзятость, коли уже разговор завела. Да, ты права, Кристине необходима такая обстановка, которая не будет угнетать или ранить ее морально. Поэтому я приблизился к ней ближе чем необходимо. Если она будет чувствовать во мне поддержку, то учеба станет даваться легче. И наша задумка так же пройдет лучше.
- Помни, что почти все ошибки совершаются из-за личных предпочтений!
Мелинда развернулась плавно и не спеша прошла мимо Верманда, прямая и напряженная как струна. Лорд вежливо повел ладонью. Но не удержался от фразы:
- Включая отношение к определенному Лорду.
Спина собеседницы окаменела, но буквально на миг. Донесшийся ответ был слышен только Верманду.
- Главное, чтобы никто об этом не забывал.
Лорд Равновесия ощутил присутствие третьего лишь когда тот фыркнул где-то в районе середины его бедра. Василий мрачно разглядывал мужчину. Верманд уже понял, что подобное выражение морды у рыкуна постоянное. Он так смотрит и на природу, и на еду, и на врага.
“Хоть что-то неизменное в этих сумасшедших мирах”, - сразу вспомнилась фраза Кристины, которую та сказала вчера вечером. При этом девушка взяла рыкуна за морду и от души чмокнула в нос. Василий только фыркнул.
- Что? - спросил Верманд у рыкуна. - Можешь идти своей дорогой, я тебе ее переходить не собираюсь.
Василий сидел перед ним и разглядывал крайне внимательно. Только вот нельзя понять, что рыкун замышлял. То ли собирался порвать на клочки, то ли просто мимо пройти. Рыкун с Лордами сразу установил холодный нейтралитет. Верманд отлично помнил тот день, когда Василий посмотрел ему в глаза. В голове тогда кратко пронеслось холодное предупреждение без слов. Таким образом Вася тактично намекал, чтобы его хозяйку не обижали.
- Не обижу. - вслух произнес Верманд сейчас.- Меньше всего я хочу обидеть Кристину, Василий. Но и отпустить сейчас не могу. Ей надо многому научиться, чтобы перестать быть угрозой в первую очередь для самой себя. Ты же, Василий, ее оберегаешь. Вот и я теперь делаю то же самое.
ОН и сам не понял зачем начал оправдываться перед животным. Но уж слишком внимательно светились желтые глазища. Точно Василий и правда понимал его. Понимал и запоминал.
Во всяком случае Василий широко зевнул и прошел своей дорогой, точно протиснувшись прямо сквозь стену. Вот он стоял рядом, а потом раз и нет его. Рыкуна, похоже, нисколько не беспокоило, что он оказался в новом мире, что все здесь уникальное и так далее. Он изучал территории, при этом в нужный момент оказываясь рядом с Кристиной. По сути Триада не был обычным миром. Искусственно созданный в “складке” между мирами, его нельзя было заметить, сюда нельзя было просто так попасть, ни засечь никакими радарами. Зато сами Лорды постоянно получали информацию со всего Древа. Она шла беспрерывным потоком где-то на заднем фоне, обрабатываясь определенными участками мозга. Специальные заклинания выслеживали все, что может быть важно.
Василию на все это было плевать. Кристине - тоже. По крайней мере, до недавнего времени она всячески подчеркивала, что ее здесь ничего не интересует. Верманд и другие Лорды то и дело наблюдали как она пытается сбежать.
Поначалу они думали, что на третий или даже четвертый раз Кристина смириться. Но она оказалась упорной. Некоторые Лорды ехидно отметили, что упорство далеко не всегда признак ума. Верманд же спустя какое-то время понял, что Кристина не из тех, кто смиряется. С каждым разом попытки побега становились все более замысловатыми. Но только сейчас удалось найти к девушке подход. Мало того, что упорная, так еще и вредная. Но, возможно, ему, Верманду, удалось заставить ее взглянуть на все по-другому. Это было бы совершенно нелогично великолепно. Потому как Лорду нравилось, когда юная Странница не злилась или настороженно молчала, а улыбалась. Вокруг тогда становилось светлее. Хотя, конечно, лишь игра воображения.