- Кис, - она подняла на меня свои большие светлые глаза, - прошу.
Я чувствовал неловкость каждый раз, как приходилось произносить её имя. Она какое-то время смотрела на меня, затем пару раз моргнув, все-таки подошла к аппарату. Я проделал все тоже самое, что и с предыдущим подключением. Индикатор замигал красным, настраиваясь на студентку, и остановился на синей лампочке. Экран показал светлое пятнышко. Оно плавно расширялось и сужалось, словно дыша. Неожиданно для меня, пятно раздвоилось, проявляя на экране второе меньшего размера, напоминающее осколок с рваными краями. Оба пятна медленно сталкивались между собой и оттолкнувшись друг от друга, на мгновение замирали. Это повторялось беспрерывно. Два пятнышка. Такого просто не может быть, это антинаучно!
- Аппарат вышел из строя, ребята. Вы можете наблюдать техническую неисправность - пробормотал я и поспешил снять шлем с головы Кис.
Она снова моргнула и так посмотрела на меня, что я чуть не выронил шлем себе на ноги. Что-то в ее взгляде показалось до боли знакомым.
- На сегодня занятие окончено.
Как только все студенты покинули кабинет, меня атаковали тревожные мысли. Аппарат не был сломан, и я это прекрасно знал. Два пятнышка на экране у Кис могло говорить только об одном. Около ее сознания есть осколок. Возможно именно он не дает памяти полностью восстановиться. И это потенциально может быть опасно для ее жизни, если не выяснить его происхождение и не придумать способ для извлечения угрозы. Я не стал ничего говорить Кис, чтобы не запугивать девушку. Да и ставить других преподавателей в известность об этом случае тоже не решил. Во всяком случае, до тех пор, пока сам не разберусь в природе незнакомого мне явления. Чувствуя вину за то, что вовремя не занялся просьбой Совета, посчитав это лишь надуманной проблемой, я открыл последние показатели и внимательно стал сверять импульсы, исходящие от осколка рядом с сознанием девушки.
ГЛАВА 9: КИС - ИНСТРУКЦИИ
Под конец занятия профессор Криспин показался мне весьма напряженным, неужели поломка аппарата сказалась на нем так? Но я была рада, что он наконец-то сам обратил на меня внимание и дал возможность поучаствовать в учебном процессе. Все еще оставаясь под впечатлением от практического занятия и наблюдением за сознаниями, я лениво потянулась, выходя из кабинета мехатроники.
- Что у нас дальше по расписанию? – спросила я у Али, как только мы сравняли шаг.
- Космополеты! – воскликнула проходящая мимо неестественно тощая девушка, чья лунная кожа отдавала нездоровой синевой, выделяясь еще больше на фоне черных волос, собранных в хвост и разделяющихся двумя косичками, а ее большие замутненные глаза светились от счастья, они в буквальной смысле светились, словно маленькие прожекторы, - Обожаю! Осталось еще немного, и мы взмоем ввысь!
Ввысь? Не исключено, что мое сознание, в виде маленького пятнышка, затряслось от волнения. Предвкушение смешалось с привкусом страха. Я не знала, что конкретно меня ожидает на занятиях по космополетам, но точно нечто захватывающее.
- Для большей безопасности полеты весь первый год проходят в виртуальной реальности, при помощи погружения в капсулы, наполненные ледяным раствором, - Али заметив мою растерянность, осторожно коснулся моего плеча, стараясь успокоить.
- Ледяной раствор?
- Не переживай, зеленоголовая, не замерзнешь, - выкрикнул широкоплечий парень с выделяющимися костяшками вдоль всего позвоночника, обгоняя нас по коридору.
- И под твой маленький размер подберут специальный костюм, - электронный голос Али завибрировал от смеха.
Мы всей группой направились в раздевалки, чтобы сменить привычные комбинезоны на специализированные, и максимально подготовиться к виртуальным космополетам. На протяжении всего пути Али с грустью вспоминал об эклерах и булочках с корицей. Оказывается, студентам запрещалось есть за несколько часов до предмета, от чего сразу по недовольным лицам было видно любителей плотно пообедать.
- На мою иссушенную планету никогда не завозили ничего подобного. Никаких сладостей, никого мучного! – Али интенсивно размахивал руками от возмущения, а идущие рядом студенты отскакивали в сторону, опасаясь, что их ненароком заденут и размажут о стену, - Мне не довелось ни разу в жизни видеть сахар, не то, чтобы пробовать!