Представить себе не мог, что прикоснуться к девушке, являющейся моей студенткой, окажется чрезвычайно сложным для меня. Всё ради науки. Отрешившись от ненужных мыслей, я поднес свою левую руку к плечу Кис, готовясь к эксперименту, и слегка коснувшись, начал проводить пальцами по руке вниз, остановившись у ладони, не задевая кожу.
- Чувствуешь касание?
- Нет. – ее отрицание вызвало у меня непонимание с примесью волнения.
- Теперь можешь открыть глаза, – мои дрожащие пальцы дотронулись до ее мягкой и нежной кожи, пройдясь по линиям на ладони. - Есть ощущение?
- Всё так же, ничего.
С каждым касанием я не отрывал взгляда от экрана, боясь даже мельком взглянуть на Кис. Внешние показатели стояли на месте. Сознание работало, но оно не было в полном соединении с телом. Она могла выполнять любые движения, изучать и анализировать информацию. По всей видимости, осколок блокировал соединение ее чувств с телом, поэтому она не чувствовала ничего: ни боли, ни моих прикосновений. Почему-то осознание этого сделало больно мне, кольнув где-то в районе сердца. Я снова невольно поджал губы, как подметила Кис, всякий раз, когда о чем-то задумывался.
- И давно ты ничего не чувствуешь? – мой вопрос прозвучал довольно глупо и завис в пространстве.
- Возможно с тех пор, как я потеряла память? – вопросительно ответила Кис после долгой паузы.
Мне необходимо было обращаться с ней куда бережнее, и начать углубленное исследование еще с самого первого дня. Чувство вины вгрызалось в меня всё сильнее. Но это исследование не выявляло происхождение осколка, нарушение физических ощущений у Кис лишь последствие его воздействия. Оставалось последнее: связь с ее подсознанием.
- Тебе придется поспать не в самых лучших условиях. Отследим состояние в фазе сна, - быстрым движением я снял с себя лабораторный халат, - Собственно, с этого я и собирался начать, забрав тебя с занятий.
- Я должна спать здесь? – белые глаза Кис нервно забегали из стороны в сторону.
- Да, - я накинул халат на стол, укрыв им ледяную поверхность. - Прости, без подушки.
- Но я не смогу сейчас уснуть, да еще и здесь! – запаниковала девушка.
- Я погружу тебя в сон, - пояснил я, словно проговаривая самые обыденные вещи, - Всего на время.
Заметив на лице девушки не утихающее беспокойство, я постарался как можно мягче обратиться к ней.
- Кис, ты будешь под моим контролем. Я позабочусь о твоём состоянии, - как же сложно мне дались эти слова, осталось надеяться, что я смогу выполнить их.
Немного помедлив, она улеглась на спину, с легкостью уместившись на столе и раскинув бирюзовые волосы по моему халату. Такое невинное создание, полностью доверяющее мне свою хрупкую жизнь, которую я не имел права загубить. От этой мысли в голове помутнело.
Не став отключать ее от счетчика физических импульсов, я бережно подключил дополнительные датчики к ее вискам, и они в мгновение начали передавать данные на систему анализа. Каждый контакт настолько миниатюрный, что она в любом случае не почувствовала их прикосновения, даже если бы могла. Мягкий гул оборудования заполнил комнату, пока я активировал сканирующий модуль. Экраны засветились холодным голубым светом, показывая базовые параметры её мозговой активности.
- Спокойно, — прошептал я, хотя сам чувствовал давящее напряжение в грудной клетке. — Просто расслабься.
Глаза Кис плавно прикрылись, а на лице постепенно проступало умиротворение. Аппарат издал короткий сигнал, и включилась трансляция на двух голографических экранах. На одном отобразилось маленькое пятнышко света, символизирующее основной поток её сознания, а рядом с ним почти незаметно вибрирующий осколок. Второй экран визуализировал сложный график мозговых волн: тета-волны, доминирующие в состоянии сна, переплетались с резкими всплесками бета-активности, словно второе "я" пыталось пробиться через покровы сознания.
Чем больше раскачивались волны, тем сильнее осколок начинал приходить в движение. Я внимательно следил за данными, стараясь не упустить ни одной детали. Это было странно: тета-волны должны доминировать в таком состоянии, но бета-активность явно указывала на присутствие чего-то другого — возможно, второго сознания, подавленного или спящего. Оно не было цельным, скорее фрагментарным, как будто часть чужой памяти или личности случайно застряла внутри её разума.