Входная дверь неожиданно открылась, и я напряглась: сейчас как ворвется целительница, как вцепится мне в волосы. Но зашла незнакомая высокая девица с короткой стрижкой. Шевелюра у нее была белая как снег, и у меня екнуло сердце: показалось, что вернулся Хен. Девушка пристроилась рядом, открыла кран и начала мыть руки. Я отвернулась, и тут она сказала:
— А ты молодец. Не ожидала, что ты ее так осадишь. Ты с какого факультета? «Рыбачка»?
— Меч, — ответила коротко.
Странно. Сама я не чувствовала ни гордости, ни удовлетворения, но сейчас, когда незнакомка одобрила мои действия, на душе все равно полегчало.
— Да ну? Серьезно?! — Девушка выпрямилась, смерила меня удивленным взглядом. У нее были изумительно красивые глаза необычного бирюзового оттенка. — Тогда приятно познакомиться. Лидайя Венелан, — протянула руку. — С этого года первокурсница магии меча.
— Да ну… — настал мой черед удивляться — она выглядела минимум как третьекурсница, а оказывается, моя одногруппница.
Мы разговорились. Выяснилось, что она приехала три дня назад и тоже успела сцепиться с задевшей меня целительницей.
— Характер дрянь, — коротко охарактеризовала ее Лидайя. — Она, кажется, клановая, привыкла, что вокруг нее все ходят на цыпочках. Уже нашла себе пару подпевал здесь.
Вот оно что. Я кивнула, но задумываться о целительнице не стала, вместо этого поинтересовалась:
— А ты не из Вендая?
— Да, — ответила она обрадованно. — Как ты угадала? Хотя… — Она со смехом взлохматила волосы. — А твой? Не оттуда? — Я подтвердила, и она весело добавила: — Я так и подумала! Земляка везде узнаешь. А ты быстрая! Только приехала, а уже парнем обзавелась.
— Мы раньше познакомились, до академии, — отрицательно помотала я головой.
— А-а, — понимающе протянула девушка, — тогда другое дело.
Слово за слово, мы разболтались, и я рассказала ей, что смогла, не вдаваясь в подробности. И что сама я из Отрейля, и что познакомились мы в нашем городе, и что Хен учится на целителя на третьем курсе. В ответ узнала, что Лидайя старшая в семье, у нее есть младший брат, который тоже спит и видит, чтобы стать боевиком. И что боевиком был и их отец, но погиб на службе, когда Лидайя с братом были совсем маленькими. Что парня у нее нет, но она надеется встретить кого-нибудь в академии, а потом, если повезет, ездить с ним одной группой, уничтожая тварей.
Спать я ложилась довольная — обзавелась не только врагом, но и подругой. Кажется, жизнь в академии обещает быть насыщенной. И только две мысли омрачали радость: что я слишком завралась и что Хен мог на что-то обидеться.
Впрочем, уже на следующий день я обо всем забыла — учеба захватила полностью. Вставала я в семь утра, умывалась, завтракала припасенным с вечера и бежала тренироваться. Поутру и зал, и площадка обычно пустовали, и никто не мешал мне выплясывать до седьмого пота. К девяти неслась в общежитие, на скорую руку принимала душ, завтракала второй раз и мчалась уже на лекции — они проходили в главном корпусе.
Лекций хватало: от сугубо наших, специализированных — об организме человека и оружии, о тактике, стратегии и необходимых для боевика заклинаниях, — до общих, которые слушал весь поток: история мира и Морвенны, противодействие тварям, изучение их слабых мест, защитные, вспомогательные и усилительные схемы и так далее.
Время после обеда было отведено тренировкам, и мне очень повезло, что площадки были для каждого курса отдельные, иначе и Лас, и Вейс непременно обнаружили бы среди первокурсников знакомую макушку.
К слову о первокурсниках — в первый же день, когда нас собрали вместе, я поняла, что на курсе всего четыре девушки, причем все они, кроме меня, были как на подбор: высокие, сильные, подтянутые, как Лидайя. Я, конечно, тоже на конституцию не жаловалась, но по росту оказалась самой маленькой, даже тренировочный меч — Сорванца приносить запретили — мне подобрали с трудом.
Декан, как и обещал, не давал нам спуску. Вернее, другие преподаватели, потому что Дайрен пока не вел у нас ни лекций, ни практических занятий. Впрочем, благодаря тренировкам с детства практика давалась мне без усилий, а с лекциями помогала Лидайя.
Кстати, от свидания с Ферном я отказалась — на следующий же день, когда он снова уныло возил шваброй по полу в зале, отрабатывая свое наказание. Сообщила, что не могу пойти, так как у меня есть определенные обязательства, и извинилась, что не сказала сразу. Он воспринял совершенно спокойно, не стал шантажировать, что раскроет мой секрет, ответил только: