Это глюк… это глюк… это глюк… Это ненастоящий паук!
Ненастоящий паук, словно издеваясь, потоптался по одной округлой и мягкой территории, а затем решил исследовать другую. Щелчком пальца отбросила наглое создание на кровать. Оно приземлилось на все восемь лапок и подмигнуло.
Тебя нет! Ты не существуешь!
Паучок философски развёл лапками, дескать, увы, Джинни, но я всё ещё тут.
Решила пойти другим путём. Глюк мой? Мой. Вот пусть тогда и выглядит, как я пожелаю! Для начала мы его перекрасим, а то от розового аж зубы сводит. Зажмурившись, представила, как восьмилапый медленно окрашивается в жизнеутверждающий зелёный. Не знаю, как «реальный» паучок воспринял смену образа и последующую физическую метаморфозу, но тот, которого я представила, перенес процедуру просто замечательно. Оставалось добавить всего несколько штрихов...
— Ну и кто ты после этого? — скорбно вздохнуло небо.
Приоткрыла один глаза, заржала, открыла второй и повалилась на песок.
На кровати вышагивал мохнолапый зеленушный кузнечик, на его груди гордо поблескивала медаль с надписью «Самый лучший препод», одна из подрагивающих передних лапок сжимала указку.
— Свинтус ты полярный…
В лапе кузнечика появился плакат «Примите меня на работу».
— Убей его! — простонал джинн.
— Чтобы я подняла руку на собственную галлюцинацию? Ты только посмотри, какой он славный…
— Ты просто не можешь! — ехидно заявил Сайгар. — Двойной контроль над объектом — только вершина айсберга.
После этих слов кузнечик подпрыгнул и резко увеличился в размерах. Смеяться и ехидничать сразу же расхотелось. Нет, так дело не пойдёт. Пошутили и хватит.
Я опустилась на песок и задумалась. Для начала надо определить, в какую именно часть сознания пробрался Сайгар. Пауков я не то чтобы так уж сильно боялась, однако после одного случая испытывала стойкое отвращение к любой живности в еде.
Случилось это в мире, принадлежащем элементалям Земли, во время официального приёма. Как обычно в завершении ужина всем подали десерт — мятно-творожный пудинг. Есть уже не хотелось, а к сладкому я в детстве была равнодушна, не то что сейчас. Решив хотя бы попробовать пудинг, чтобы не обидеть повара, притронулась к нему ложечкой и выловила крошечного паучка-часика. Тот еле-еле шевелил ножками, пытаясь стряхнуть клейкую массу, и явно умирал. А дальше были слёзы, требования спасти паучка и безудержная ярость, направленная на фрейлин, мгновенно притихших, как только я закатила скандал. Паучка спасли, а вот сама ситуация, когда тебе делают гадость исподтишка, до сих пор ассоциируется с беспомощными лапками, барахтающимися в вязкой жиже.
— Прости, Джинни, я не знал, — извиняющийся голос прозвучал с небес и эхом отразился в моей голове. Есть! Я уловила направление! А раз так, то дело остается за малым: уподобившись паучку, я принялась ткать защиту. Знаю где, знаю как, но тратить энергию на ментальную магию мне по жизни жалко. Теперь же благодаря Сайгару придётся вырвать это жалко и закопать как можно глубже.
До джинна мой финт дошёл ещё до того, как кузнечик испарился с кровати.
— Ты меня обставила! Подсунула фальшивку!
— Когда копаешься в чужих воспоминаниях, никогда не знаешь наверняка, что выловишь.
Наверху обиженно засопели. Разумеется, никакого сопения я не слышала, оно скорее ощущалось на интуитивном уровне.
Не покидало ощущение, что Сайгар меня дурачит. Уж слишком много в поведении соседа напоминало Ливия. И в то же время это был не он. Надумай кто-то принять образ крылана, чтобы меня провести, я бы раскусила самозванца за пять минут. Ливий — это Ливий, и второго такого крылана в Мирах Четырёх Стихий просто нет.
Ливий и я не просто приятели. Слишком похожие, чтобы стать любовниками, мы сумели перевести наши отношения в иное русло. Ссорились по десять раз на день, могли не разговаривать месяцами, но, даже будучи в разных мирах, всегда умудрялись присматривать друг за дружкой, чтобы в случае чего незамедлительно прийти на выручку. Ливию и в голову никогда бы не пришло меня чему-то учить или поучать. Крылан сам разгильдяй и бездельник. Создалось впечатление, что, покопавшись в моей памяти, сосед осознанно выбрал стиль поведения, кратчайшим путем ведущий к нужному результату. Всем известно, что джинны — лучшие ментаты. Вот что б я сделала, если бы обнаружила в лампе зануду, который стал бы меня наставлять менторским тоном или сходу озвучил просьбу о передаче рекомендаций? Насторожилась и попыталась выяснить, за что его посадили в лампу. Однако этот гад поднебесный так всё обставил, что я согласилась помочь ещё до того, как озадачилась его биографией. Сайгар мне понравился, но это не означает, что я не постараюсь раздобыть о нём информацию. Тем более что благодаря собственным стараниям он больше не может читать мои мысли. Точнее, он больше не может делать это так, чтобы я не заметила.