Глава I. Последнее письмо
Этот день запомнится мне надолго. Он въестся в мою память, как ржавчина въедающеся в кости. Казалось, что мир остановился. Сошел с ума, потому что я до сих пор не верила в происходящее. Всё казалось безумным сном, который никак не закончится.
Два дня назад, когда счастье от поездки во Францию сменилась на новость о смерти близкого мне человека, внутри будто что-то оборвалось. Что именно, до сих пор не могу понять.
Наверное, самое страшное это то, что именно я должна была стать той, кто расскажет отсальным — папе и маме — о смерти бабушки. В тот роковой день, она позвонила мне, но никто не отвечал на мои вопросы. Ничего не сказав родным, решила сама поехать к бабушке, мало ли, просто случайный звонок. Но тревога сердце не покидала, потому что на все мои вызовы, бабушка таки не отвечала.
И вот, два дня спустя, стоя на кладбище, до сих пор не могу поверить, что больше её нет в живых. Каждая мысль об этом — причиняла огромную боль внутри, будто заживо резали пылающим клинком мою кожу.
Я не понимала, как в один миг человек мог перестать существовать? Почему так происходит? И не думала, что мне так скоро придеться столкнуться с этим ужасным словом «смерть».
Мама стояла вместе с отцом впереди о чём-то разговаривая. Мне не хватало духу, чтобы подойти поближе, будто мои конечности залиты в бетон. Такую горечь, на душе, мне ещё никогда не приходилось испытывать. Но мне хотелось поддержать родителей, чтобы им было немного легче и они не думали о том, что нужно утешать не только знакомых, но и их родную дочку. В голове только и крутилось: "Всё это — нереальность, скоро это пройдёт".
Мои глаза наблюдали за всей процессией: людьми и гробом, который стоял поодаль, священником. Хотелось просто стереть из памяти, что произошло. Не видеть перед глазами мёртвую бабушку, пытаясь привести её в чувства. Не знать, каким холодным бывает тело, когда сердце больше не бьется.
Вдруг, мама медленно направилась ко мне. Я отвела взгляд, стараясь меньше думать о том, что случится дальше. Не хотелось давать слабину перед ней, поэтому, когда она подошла попыталась натянуть улыбку. Мама поправила темно-руссые волосы и печально взглянула на меня. По дрожащим губам, можно было понять, что от слёз её разделяет тонкая грань, в общем-то, меня тоже.
— Милая, — ласково начала та. Под голубыми глазами залегли синяки, последствие того, что она не спала около двух дней. Та же история. — Я хочу, чтобы ты сказала последнее слово.
Пустота. Просто глухой стук внутри грудной клетки и осознание того, что стоит за этой просьбой — прощание.
Ненавидела прощаться насовсем. Никогда и ни с кем. С роду не знала, как это делается. И всегда говорила: "Увидимся ещё". Иногда, мне приходилось заставлять себя больше не думать о прошлом, чтобы не беспокоиться о том, что человек так и не, сможет со мной увидится. И я солгала, а он зря пообещал.
Мы говорили с мамой о том, что м е придеться сделать. Да, никто меня не заставлял, я сама хотела. Бабушка была для меня самым близким человеком, как бы странно не звучало. Да, я очень люблю папу и маму, но вот бабушка... Просто не, могу поверить, что её больше нет.
Мама кивнула, ожидая ответа, её грустная улыбка заставляла чувствовать себя неуверенно, будто у меня нет права оплошать, впрочем, так было всегда. Идеальная девочка во всем, которая идеально исполняет желание. Только с бабушкой мне разрешалось быть самой собой.
— Хорошо, — только и смогла выдавить из себя эти несчастных шесть букв.
— Если не хочешь, твой отец… — Маме было неловко просить меня об этом, но я не могла упустить эту возможность.
— Нет, не нужно. Это последнее, что я могу сделать для неё. — По щекам снова покатились слезы. Но не дав им упасть, смахнула быстро рукой.
— Хорошо, тогда дам тебе несколько минут, — ласкового ответила она и пошла снова к отцу, ему сейчас тяжелее всех, ведь это его мама умерла.
— Хорошо.
Пока я уставившись себе под ноги думала о будущем без любимого, человека, не заметила, как мама вернулась ко мне, а после нежно обняла. Мы стояли так несколько минут, и я не знала, что делать. С одной стороны хотелось ей ответить, но понимала, что просто не могу.