Шахиншаха цикл сей соединится с веками и эпохами.
Среди происшествий, отметивших начало сего счастливого года, значилось следующее: Муним-хан Хан-ханан доставил ко Двору Си-
368
кандар-хана, и последнему простили его преступления по просьбе (Муним-хана). Ранее уже рассказывалось, что Сикандар-хан Узбек из врожденной неудачливости отвернулся от Аллахом данной власти, объединился со злодеем Али Кули-ханом и поднял голову мятежа. Когда с Али Кули случилось то, что суждено, и восстанию его был положен конец, Искандар-хан по злобе и вследствие дурной судьбы присоединился к Сулейману Афгану. Он провел какое-то время в его стране. Недалекие афганцы посчитали, что в присутствии среди них [этого человека] нет ничего хорошего, и стали строить против него козни. Он узнал об их планах и обратился за помощью к Муним-хану Хан-ханану. Тот заявил, что всё происходящее с ним — результат его собственного невежества. Вероломные афганцы убили до этого Сулеймана Узбека, а теперь задумали убить и его. Если же Муним-хан выступит посредником между этим дурным и злополучным человеком (им самим) и возвышенным Двором, ему будет дарована жизнь как в этом мире, так и в вечности. Муним-хан отправил его письмо вместе со своим прошением ко Двору и испросил указаний. Его Величество в бесконечной милости отдал благосклонный приказ и подарил ему надежду. Хан-ханан, который ввиду тяжких преступлений [Искандар-хана] даже не надеялся на прощение, выразил благодарность за доброту и послал за Искандар-ханом. Получив добрые вести, Искандар-хан взял с собой Юсуфа, сына Сулеймана Узбека, и без предупреждения спешно покинул афганцев. Хан-ханан отнесся к нему милостиво и отправился ко Двору вместе со своими протеже. Их приняли в начале Божественного месяца тир. По просьбе Муним-хана раскаявшихся простили и одарили благосклонностью. Через некоторое время Хан-ханана осыпали милостями и отпустили в восточные провинции. Сикандар-хану2 поручили саркар Лакхнау и отправили вместе с ним.
В это время весны судьбы и власти Абд-ал-лах-хан Узбек, правитель Турана, впечатлившись славой и величием верховной власти (Акбара), отправил Хаджи Алтамиша с посольством. Тот доставил письма, заверяющие в уважении и преданности, а также диковины своей страны. Целью посланий явилась попытка возродить былые отношения и возобновить дружбу, дабы при поддержке сей Божественной славы начать решительные действия против остальных принцев Турана. Другая причина — желание жить в мире и не опасаться ударов мирозавоевывающих войск. Для пущей безопасности и гарантии успеха он отправил подарки Муним-хану Хан-ханану и хан Аазиму Мирза Коке, дабы те приложили усилия для заложения основ дружбы. Рассудительный правитель принял посла милостиво и дозволил уехать после выполнения порученного. Тот увез с собой подарки — диковины Индии.
Случилось также, что Музаффар-хан попал в немилость. Во все времена, несмотря на восход солнца падишахского руководства, невиданная завеса покрывала его мироукрашающую красоту. В то время он сделал игру чаупар3 чадрой своей сокровенной красоты и активно предавался увеселениям. Для игры были установлены особые правила, в основе которых лежали сотни замыслов, и все придворные неизменно присутствовали во время забавы. Устраивались пышные пиры и развлечения. Хотя на первый взгляд рынок игр пребывал в оживлении, на самом деле шла проверка людей. Господин мудрости под видом развлечений проводил серьезную работу, испытывая человеческие качества. Однажды Музаффар-хан, опьяненный миром и собственными незначительными талантами, повел себя дико и невоспитанно из-за того, что проиграл много раз и уже долго находился при Дворе4. Его Величество сбросил его с вершины доверия и отправил в паломничество, дабы излечилась его болезнь вследствие таких сильных лекарств, как лишение привилегий и изгнание.
Поход мирозавоевывающей армии Шахиншаха для покорения Гуджарата
| 369 |  |
Благочестивый владыка мира неизменно внешнее управление украшением мира истинного и без малейшей примеси человеческих желаний осознаёт, что его собственное довольство заключается в умиротворении рода людского. Он всегда понимает, какие вещи имеют наибольшую важность, и посвящает себя воссоединению страждущих и одиноких века. При завоевании государств и
считает
городов его первая мысль — узнать положение угнетенных и явить сочувствие. Поэтому, если правители действуют мудро и стараются оберечь своих подданных, он не завладевает той страной, даже если к тому имеются все средства. И хотя для чела его священного ума — являющего собой арену истины — очевидно, что любое расширение земель вносит многообразие мира в царственное единообразие одного из возвышенных исполнителей правосудия и тем самым вводит высочайшую форму почитания [Господа] в палатах сочетания явлений, однако, поскольку побуждение сего гения — это опека простого люда, удивительного дара Господа, сам не прибегает к такому почитанию. Но так как несравненный Аллах занят упрочением власти и вознесением оснований владычества Его Величества, время от времени случается, что Он обделяет некую страну праведными правителями, чтобы истинный повелитель обратил на нее царское внимание и осенил ее своей справедливостью. Дабы обожженные в пустыне неудачи остудились милостью, а то вынужденное единство, что есть близнец единства добровольного, приняло соответствующий облик, а факел верности возжегся даже среди поверхностных, коими полон мир. Ибо воля Господа создала огромный разрыв в достоинствах различных [представителей] человечества. Да славится Имя Его!1 Одни, созерцая изумительную мудрость, поступь и беседы, дарение и прощение, снисходительность к человеческим изъянам и бодрость сердца Хедива Мира, становятся его последователями и взирают на него как на Избранника Божественного Двора. Они полагают службу ему Божественным поклонением и неустанно растят свою верность и преданность. Другие, чей взор не касался тех деяний, уверовали в его сокрытое величие, наблюдая его внешнюю славу и рост его владений, и набросили вервь ученичества на шею своей души, и вошли в число его преданных приверженцев.