Когда вести об этих событиях достигли слуха царя, он [Акбар] решил, что те земли можно доверить мирзе Сулейману, дабы в этом приятном краю он поправил своё бедственное положение и обрёл счастье жизни. Если в сложившихся обстоятельствах [мирза] желает главенства (сирдари) в Бадахшане, и жизнь в стране горцев завладеет его разумом, сие желание будет легко исполнено. Яростный ветер жажды мщения, питаемой мирзой Сулейманом к мирзе Шахруху, и его чрезмерная привязанность к своей гористой родине потушили светильник рассудительности и здравомыслия. На челе его не появилось ни следа радости [при сообщении] об этой великой удаче. Владыка Мира извинил простеца п ему счастливые
162
известия об удовлетворении его мелких желаний. Однако, поскольку на галерее правления миром начертано, что насущные предприятия следует предпочитать маловажным и нельзя забывать о принципах верховной власти, Его Величество приказал Хан Джахану, приготовившемуся двинуться на завоевание Бадахшана с победоносной армией, направиться в Бенгалию, завоевать и очистить ту страну. [Шахиншах] снабдил его мудрыми наставлениями, что могли умиротворить человечество и возрадовать [самого] Господа. В день исфандармаз, 5 азара, Божественного месяца (примерно 15 ноября 1575 г.), он был отпущен в [упомянутый] край после возвеличивания всех его достоинств великими милостями. Раджу Тодар Мала, мужа бывалого и опытного, назначили сопровождать его, [а высочайший] приказ гласил, чтобы все бенгальские военачальники и землевладельцы считали Хан Джахана исполнителем приказаний Халифата, и полагали его волю и довольство угодными повелителю, и приложили все необходимые усилия для отвоевания и наведения порядка в тех землях. Управление Пенджабом передали Шах Кули-хану Махраму, известному среди отважных и праведно мыслящих.
Хан Джахан обратил силы к службе в согласии с принципами верных и удачливых. Бенгальские военачальники достигли окрестностей Бхагалпура, когда туда подошла победоносная армия. Смятение тех своекорыстных мужей возросло. Не имея склонности вернуться и служить вместе (с Хан Джаханом), не осмеливались и направиться ко Двору. Большинство из них откинуло завесу стыда и красноречиво разглагольствовало о непостоянстве народа, вредоносном воздухе края и высокой смертности и вознамерилось отправиться домой. Некоторые из злонравия и строптивости заговорили о религии6 и начали сочинять небылицы о главенстве Хан Джахана. Ореолом величия Шахиншаха, обходительностью раджи Тодар Мала, а также глубоким талантом и терпимостью Хан Джахана губы каждого оказались запечатаны молчанием, и они решились сопровождать его [Хан Джахана]. Исмаил Кули-хан занял своё место в войске вместе с отрядом энергичных и доблестных бойцов и с Божьей помощью, их мастерством и преданностью легко отвоевали Гархи, врата Бенгалии. Аяз Хаса Хайл, возглавлявший оборону, попал живым в их руки и был казнён. В собственной гордости Дауд и не думал, что царские войска явятся так скоро. Услышав отзвуки их поступи, он немедленно взялся за [укрепление] оборо-
ны. Ведомый стремительностью и смекалкой, Хан Джахан избрал в качестве лагеря Ак Махал7: с одной стороны он укреплён рекой, с другой же — подступ затруднён высокой горой, тогда как спереди дорога покрыта обширными болотами. Помимо того что Ак Махал представляет собой мощную крепость, он является форпостом Бенгалии. Соответственно, занявшие эту сильную позицию избавлялись от случайностей, а обитатели страны пребывали в безопасности, покуда войска удачи оставались там. Хан Джахан подвёл войска в боевом порядке, однако из-за сложной местности и обстоятельств сражения не произошло. Отважные воины появились отовсюду и изъявили преданность, и [предоставилось] множество возможностей испытать воинскую доблесть.
163
Тем временем скончался Мир Мухаммад-хан Хан Килан в Паттане, в Гуджарате, в день фарвардин, 19 дая, Божественного месяца (декабрь 1575 г.). Сострадательный повелитель молил о прощении его грехов и исцелил печаль обделённых царскими милостями.
Важным событием явилось то, что мирза Сулейман получил разрешение уехать в Хиджаз. С того самого мига, как мирза обрёл счастье изъявить своё почтение, он неизменно был окружён благосклонностью Шахиншаха, и <ei^o отличали великими почестями на священных собраниях. Однако вся его душа [пылала] мыслями о наказании мирзы Шахруха и о том, как стать правителем гор Бадахшана, — и потому узел его сердца не распутывался. Когда Хан Джахан отправился в область Бенгалию, и исполнение его [Сулеймана] желаний оказалось на время отложено, он, по злополучию и нетерпению не осознав истинного состояния вещей, обратился за разрешением отправиться в Хиджаз. Рассчитывая, видимо, что сим путём ему, быть может, удастся добраться до той страны (Бадахшана) и достичь желаемого лисьими уловками. Его Величество снизошёл к его желаниям, и распрощался с ним, и назначил Кулидж-хана и Рупси сопровождать его до одной из гаваней Гуджарата и служить ему, а также помочь миновать опасности. Его снабдили продовольствием на несколько лет вперёд и [предоставили] хорошо оснащённое судно. Названные военачальники мирно и беспрепятственно доставили его в порт Сурат и отправили в Хиджаз.