642
20 -го числа Зайн -хан Кока засвидетельствовал своё почтение. Когда же захватили Каншан и близлежащие земли, и всех мятежников привели к повиновению, он подвигнул кафирских вождей обосноваться там и начать обустройство страны. После этого перестал думать об этой территории и вернулся назад. Проехав половину пути, получил известия, что Джалала находился в двух переходах от него. Узнав о победе и захвате Вахдата Али, потому повернул назад и спешил в Тирах. Кока подумывал оставить отряд для охраны лагеря, а самому поспешить вперёд либо же направить туда группу людей. Вследствие невежества его спутников ничего так и не осуществилось. Близ Баджаура стало известно, что Джалала держит путь поблизости. Они перекрыли дороги и стали лагерем, чтобы дождаться его. Из -за невнимательности нескольких человек он прошёл мимо лагеря незамеченным. Кока отправил за ним в погоню нескольких слуг под предводительством Талиб бека Бадахши. Тот нагнал (Джалалу) с несколькими людьми и потерял жизнь. В конце дня, когда негодяй подошёл к горам, прибыл сам Зайн с отрядом воинов, и Джалала спешно бежал в Тирах. Местные жители, выдавшие заложников, не дали им пройти. В столь бедственном положении ему пришлось отправиться в Кангурам (?). Кока приехал в Беграм и стал подумывать о том, чтобы уйти в горы. В это время ему доставили приказ явиться ко Двору. В тот год он обрёл желаемое. Асаф-хан, Ходжа Шамс-ад-дин и остальные сопровождающие его воины получили благо аудиенции, и каждого из них: возвысили [благодатными] царскими милостями.
Скорбным событием стала печаль, обрушившаяся на автора сего благородного манускрипта. В конце дня, 24 (амардада), соответствовавшего 17 зу-ль-каада (15 августа 1593 г.), мой благородный отец, Учитель Века и проводник Разума, ушёл в высший мир31. На его шее образовался карбункул, и через одиннадцать дней он покинул сей бренный [дом]. Мудрость скорбела, а знание пребывало в беспомощности.
Имам науки, почтенный советник, совершенный учитель, 643 Который в мире наставлений был наперсником самого Разума.
Двести Бу Насров и Авиценн32 ушли, чтобы он мог родиться. Судьба в своих девяти лавках33 часто совершает такие сделки.
Пока он с караваном перипатетиков путь
совершал вокруг земли,
Пока он мчался по небу с мудрецами,
Века соревновались за право его рождения
С эпохой Джалал-ад-дин Акбара Гази.
Кто мог предположить, что океан проникнет в землю на два ярда, или что гора вздохом одним будет сдвинута с места? Был бы возможен обмен, много почитателей жизни пожертвовали бы собой! Что уж тут говорить о тех, кто жизнь не любит? Я, не столь одарённый мудростью, сильно опечалился и не хотел жить.
Сердце моё обливалось кровью,
и кровь поднялась до самого горла,
Ибо душа мира исчезла с моего горизонта.
Увы, то был во всех отношениях день сиротства, Ибо сегодня родитель мой и мой святой покинул мир.
Он занимал высокое положение среди знатоков рациональных и традиционных наук, и с языка его слетали идеи философа, оратора, суфия и любой существующей религии. Он получил от Великого Учителя (Бога) знания всех видов. Он сбросил занавес формальной науки с духовной красоты и практиковал уединение в обществе. Образ жизни современников не запятнал даже края его души. Несмотря на свою глубокую проницательность, он не замечал своих способностей и преданности (то есть не осознавал этого)
и потому не выставлял свой товар на продажу. Он не торговал экстазом (халат) и не имел представления о хитрости (хилат). Суматоха мира не занимала его разум. В поисках доказательств он не делал различий между знатным и безродным и благодаря уму даже в минуты досады шёл путём смирения. Он не утаивал истины от сильных мира сего и, давая советы, никогда за себя не боялся. В конце жизни, когда ему оставалось уже совсем немного34, он по желанию некоторых друзей написал великий труд, оставив о себе память в описании каждой области знаний. Проницательные пришли в изумление. В свой35 сотый год жизни он обладал огнём юности, и значительный возраст не мешал активной жизни тела и души. В начале своей болезни он послал за (автором), пришедшим в смятение от реальности, и обнял его. Сказал много сердечных слов и попрощался. По причине своей незрелости я был подавлен, но доброта Его Величества успокоила меня. Тяжёлая болезнь поразила его (Мубарака) десять лет назад. Шахиншах заметил: «Если это не пройдёт в течение часа, состояние станет критическим на десятый день; если не станет, то всё случится на десятый месяц, если и тогда всё будет хорошо, то в последний день десятого года». Впоследствии так и случилось, и вновь оказалась сброшена завеса с познаний [Владыки Мудрости] в области тайн. Из-за своей душевности и наличия сил он Hie умер и нёс бремя жизни па плечах слабости. Невозможно спорить с Судьбой! Не найти выхода, если она начинает охотиться на жизнь и стремится сломить выносливость!