Часто ходит Акбилек на берег озера с относившейся к ней по-прежнему с нежностью Уркией. В один из дней неспешный разговор как-то сам собой заставил Акбилек спросить о человеке, наведшем на нее русских:
Тетушка, а что стало с этим… Мукашем?
А ты не слышала? Он в ту зиму вышел из своей зимовки и пропал.
Как он мог пропасть?
Кто его знает? Может, убил кто-то.
— Много зла он принес людям.
— Зло и возвращается.
Ну откуда им знать, что приговор был вынесен в известный нам зимний день баем Абеном Матайиным и исполнен его же людьми.
Женщины задумались и молча смотрели, как Сара играет на прибрежном песке с дочуркой Толегена. Вроде напрашивался разговор о девочках, но Уркия умеет говорить только о своем сынишке — Искандере.
Искандер — красивенький мальчик, с характером.
Любит она его безумно. Со слов матери, умный-разумный: и песенки складывает, и время для игр знает, и за овечками проследит, и теленка придержит. Разве что вспыльчив больно, если что придется ему не по нраву — упрется и ни в какую, драться начнет — будет кулаками махать, пока руки ему не перехватят, повалят — ногами, головой станет отбиваться.
Вот и сейчас кинулся драться с мальчуганом, заставившим зареветь его городскую се стренку. Тот был постарше и покрупнее его, а оторопел, отбежал. Уркия перепугалась, руками замахала. А Акбилек с восторгом произнесла:
Искандер, подойди ко мне, милый! Братик мой, айналайын! — и, обняв его крепкокрепко, расцеловала.
Искандер вывернулся и побежал к воде. Акбилек, не отрывая от него глаз, спросила:
Тетушка, почему — Искандер? По-русски получается — Александр.
Уркия ответила спокойно:
— Помнишь своего дуану Искандера? Спас тебя. Вот я и назвала сына в его честь.
Глаза Акбилек округлились, задумалась и произнесла:
Тетушка, ау! Искандер похож на меня, ведь так?
Уркия рассмеялась и ответила ей:
Если похож, наверное, ты и родила его!
Правда, тетушка? — воскликнула Акбилек и снова: — Искандер! Искандер, подойди ко мне!
Мальчик подбежал, и так она его перехватила в объятьях, что у самой дыханья нет.
Жеребеночек мой! Как славно ты все сделала, тетушка, ау! — и бросилась целовать Уркию. — Я думала: погубила его… Как я счастлива! Отдашь его мне?.. Ну, когда он к школе подрастет?
Отдам, — ответила Уркия.
Вода Маркаколя сладка, как мед. Напитаются ее водой и травушкой божьи вымистые тварины, и истекает из охватисгых сосков — не молоко, а благодать… И зде сь она — Акбилек Мамырбайдина — дочь Маркаколя, мать сына, женщина.