«Лучше бы ты так и сделал, когда к тебе подвали корабли Смита» — невольно подумалось мне.
— Мы обгоняли английские фрегаты даже с полным трюмом, — с самодовольнйо усмешкой добавил американец. — Черт меня побери, если мы не сделаем на два узла больше любого военного корабля! Правда, много груза мы брать не можем — корпус слишком узкий, — но зато никто в этом мире не сможет нас догнать!
— Послушайте, Иеремия, — я присел рядом с ним на бухту каната. — Вот вы говорите, что вы — банкрот. Но это только если вы вернетесь в Чарлстон с пустыми руками и избитым кораблем. Я предлагаю вам другой путь.
Уоткинс поднял на меня взгляд.
— И какой же, сэр?
— Смотрите: часть вашего груза — тот табак и виски, что Смит не успел продать — всё еще здесь. В Русской Америке, на Аляске, этот товар ценится на вес золота. Уверен, у вас купят это, не торгуясь.
Американец нахмурился
— Ситка… Это чертовски далеко! А мой трюм наполовину пуст.
— Ничего! Догрузитесь здесь, в Санта-Катарине, рисом и кукурузой. Ром, патока, Местные отдадут их недорого, а на Аляске это ценный товар. Плюс оставшийся у вас табак. Вы не просто поправите дела, но и, уверен, утроите капитал!
Уоткинс горько усмехнулся и указал на мачты.
— Вы забываете об одном, сэр. В таком виде мы никуда не можем идти. Такелаж в лохмотьях, стеньги сбиты, корпус поврежден картечью. У меня некомплект команды, а в карманах гуляет ветер. Чтобы только выйти из порта, нужны деньги, которых у меня нет.
Я улыбнулся и похлопал его по плечу.
— Деньги — это самое простое, Джереми. Я могу одолжить вам нужную сумму.
Уоткинс замер, недоверчиво глядя на меня.
— Серьезно, сэр? Но под какое обеспечение? У меня только этот разбитый корабль.
— Этого достаточно, — отрезал я. — Отремонтируете шхуну. Команду наберете здесь же: в порту полно безработных португальцев. Ну а если понадобится — купите десяток крепких негров.
Американец долго не мог решиться. Затем улыбнулся и протянул мне руку. Его ладонь оказалась жесткой и шершавой, как наждак.
— Вы чертовски азартный человек, мистер Федор Толстой, — произнес он с тенью прежней шкиперской уверенности. — Если вы готовы рискнуть своими деньгами, я -рискну своей шкурой. Мы пойдем на Ситку!
— Вот и отлично, — я крепко пожал его руку. — Завтра при свете дня составим договор. А сейчас — велите своим парням отдыхать. Ваша «Эбигайл» еще погуляет по океану!
Прошло несколько дней. Мы с капитаном Уоткинсом встретились в городе, и в присутствии португальского стряпчего подписали договор. Я давал тысячу сто фунтов на ремонт и найм команды, а еще на девятьсот закупил местные товары: ром. Рис и кукурузу. За 50 длинных тонн риса пришлось выложить 715 фунтов, за 40 тонн кукурузы — 400 фунтов, 60 баррелей рома стоили 480 английских денег. С учетом расходов на доставку и выплаты местным комиссионерам все обошлось в тысячу семьсот монет.
Недешево, черт побери! Но я чувствовал, — дело того стоит.
Пока происходили все эти события и улаживались дела с американцами, незаметно прошло несколько дней. Мой авторитет среди офицеров и команды достиг небывалых высот. Португальцы уважительно расступались на улицах, матросы смотрели с откровенным обожанием.И лишь капитан Крузенштерн был мрачен, как грозовая туча.
Причина его депрессии была очевидна: она покачивалась на якоре неподалеку. Ремонт «Невы» безнадежно затягивался. Местный подрядчик, взявшийся доставить новую мачту для шлюпа Лисянского, заломил за работу очень серьезные средства: тысячу сто пиастров. Две тысячи рублей за одно бревно! Резанов бегал жаловаться губернатору, но тот лишь поулыбался и развел руками. Сволочи.
И ладно бы, они сделали все быстро. Но нет! Он откровенно тянул время сразу заявив, что пройдет не меньше месяца, пока он доставит подходящее дерево. Почему так долго — осталось тайной: то ли виной всему была банальная южная лень, то ли желание вытянуть из русской казны побольше золота.
Для нашей экспедиции это означало катастрофу. Ведь Надежде и Неве предстояло огибать коварный мыс Горн. Сейчас в Южном полушарии стояло лето — самое подходящее время для такого тяжелого перехода. Но если проторчать в порту еще месяц, к моменту подхода к проливу Дрейка уже начнется осень и нас могут встретить жесточайшие шторма.