Оля смутилась. Все же ей было непривычно ее новое положение. Ведь совсем недавно она тоже самое говорила им с Андреем. Вот так поворот судьбы!
- Ань, ты на меня совсем не сердишься за то, что не сказала сразу?
- Я же все понимаю. Тебе это было нелегко.
- Только между мной и Андреем ничего серьезного нет, - прояснила ситуацию Оля.
- В смысле? – Аня так двинула стулом, что Оля слегка вздрогнула.
- В прямом.
- Он тебя обманывает? У него есть другая? Ты мне только скажи, - допытывалась подруга.
- Есть… наверное… я не знаю.
- Ах, вот оно что! – Аня вскочила и заходила по комнате. – Неплохо так себе устроился! Как и Арсений. Не зря они друзья. Друг друга стоят. Ну я сейчас ему задам!
Аня ринулась в сторону двери на кухню, но Оля вскочила и перегородила ей путь, раскинув руки.
- Аня, не надо ничего ему высказывать. Все не так, я не влюблена в Андрея, это другой человек, - соврала она. -Андрей просто здесь живет и завтракает. Ну, чтоб не в гостинице… прости, что сразу не сказала. Боялась, что не так поймешь...
Аня вернулась на прежнее место и бухнулась на стул.
- Ну вот, оборвала мне весь кайф. Так хотелось отчитать Андрея. Нет, повод, конечно же, есть. Арсений – его друг, а за поступки друзей следует иногда отвечать. Хотя… если честно, ты меня совсем запутала.
- Ань, давай просто пообедаем все вместе, - предложила Оля.
- Ты знаешь, подруга, а у меня проблема куда покруче, чем я думала. Арсений женат, - призналась Аня.
Оля с удивлением смотрела на нее расширенными глазами.
- Да ты что! Этого просто быть не может!
- Оказалось, что может, - вздохнула Аня. – Позвонила его жена. Ладно, пойдем пообедаем. Я когда нервничаю, начинаю много есть.
На кухне Андрей, пожелав всем приятного аппетита, принялся за суп. Оля с интересом смотрела, как Аня уплетает блинчики, макая их то в мед, то в сгущенное молоко. После сладкого подруга начала есть суп. Сразу было видно: у человека стресс. Оля повозила ложкой по дну тарелки.
- Ну, что же вы, прекрасные дамы, так плохо трапезничаете, – Андрей, скорее, имел в виду Олю, чем обеих подруг.
- Очень даже хорошо трапезничаем, - сказала Аня, подняла тарелку и допила остатки супа, громко сербнув.
Андрей сделал вид, что не заметил не слишком приличного поступка бывшей жены.
- Ну и как поживаешь, бывший супруг? – несколько язвительно спросила Аня, наливая из кастрюли добавку.
- Над проектом работаю, - ответил он. – А ты как?
- Ну вот и встретились, - неожиданно сказала Аня, потянувшись за куском хлеба через тарелку Андрея. - Где же мы еще могли пересечься?
Он хотел было подать ей ломоть хлеба, но она проигнорировала его движение, взяла из общей тарелки три куска и пока несла над его тарелкой, один из них уронила в его суп.
- Ой, как мило! – захлопала она в ладоши, глядя в тарелку бывшего. – Когда я была маленькой и у меня резались зубки, мне так бабушка делала.
Андрей подхватил ее шутку легким смешком.
- И мне, - сказал он.
Аня дружественно толкнула бывшего мужа в плечо.
- А помнишь, как в начале наших отношений я нечаянно опрокинула бокал и вино вылилось в твою миску с едой? – напомнила она со смехом.
- Как забыть такое шикарное рагу, с вином! – подхватил Андрей.
- А вот этот случай помнишь, в гостях у твоего партнера, - Аня хохотала, хватаясь за живот. - У такого вальяжного дядечки я случайно уронила ему на брюки шашлык в соусе. А его жену окатила струей шампанского. Мне так хотелось открыть бутылку самой. И никто не знал, что я это делаю в первый раз.
- Да, помню, - засмеялся в ответ Андрей. - Его жена еще возмущалась и говорила, что больше нас не пригласит. Но мне удалось все уладить.
Оля сидела за столом напротив недавно расставшихся супругов и ощущала себя лишней. О ней словно забыли, как о стоящей на полочке сахарнице после сладкого чаепития. Они вспоминали эпизоды совместной жизни, к которым Оля не имела даже отдаленного отношения. Они так дружелюбно разговаривали, словно и не было никакого расставания и непонимания. Оля тихонько встала из-за стола, вымыла свою тарелку, чашку и ушла к себе в комнату. А они все еще продолжали что-то вспоминать и смеяться.
Оля включила радио, легла в постель и закрыла глаза, пытаясь ни о чем не думать. Вот только толпы противоречивых мыслей не давали ей покоя. Она в душе радовалась за подругу и желала ей с Андреем счастья. Но почему-то одолевала тоска и хотелось реветь. «Это эгоизм, так нельзя!», - сказала себе Оля. – «У них все будет хорошо, я же сама этого хотела. Теперь должна быть счастлива, потому что им хорошо вдвоем».