Вдруг Альфред почувствовал нечто вроде легкого опьянения. На душе вдруг появилась какая-то необыкновенная легкость или дажн радость. И даже в комнате стало будто бы немного светлее.
В это время незнакомец закрыл лицо руками, постоял так пару секунд, и затем тоже уселся за стол. Когда он убрал руки от лица – перед ним сидел Маркус и улыбался.
– Ну, что скажете? – спросил он.
– Ну, что я могу сказать, кроме того, что, как и в прошлый раз, потрясен вашими экспериментами. – Альфред развел руками.
– Итак, что вам удалось выяснить об убийстве бургомистра?
И снова необыкновенная легкость, почти эйфория заполнила все тело, и вдруг захотелось рассказать все этому милому человеку – пусть он и не Маркус вовсе, какая разница? Альфред уже открыл было рот, чтобы начать свой рассказ о том, что, вокруг этого происходит много странного, и что он не исключает участие в этом деле нескольких лиц… Но тут дверь шумно распахнулась, и на пороге показался настоящий Маркус. Он нес перед собой довольно большое овальное зеркало, словно бы прятался за ним, как за щитом. Лже-Маркус мгновенно переменился. По его лицу пробежала судорога, он упал со стула на пол, затем вскочил на ноги, и взмахнул левой рукой. Маркус поставил зеркало на пол, а сам спрятался за ним. В его руке появился круглый предмет, очевидно пентакль, и он почти закричал:
– Именем Его! Габриэль, Анаэль фарам!
Лже-Маркуса словно отбросило к окну, он закрыл лицо руками, но через секунду снова выбросил левую руку вверх. Было темновато, и потому Альфред не разглядел то, что было у него зажато в ладони. Да и вообще он сидел ошарашенный происходящим, не представляя, что нужно делать. Лже-Маркус замахнулся поднятой рукой, но в это время настоящий Маркус, выбросил вверх правую руку, в которой был сложенный из каких-то палочек крест, и к нему был прикреплен букетик сухого растения.
«Это, видимо, Иоаннов посох», – только и успел подумать Альфред, и тотчас темный предмет, похожий на цилиндр в руке лже-Маркуса с шумом взорвался и разлетелся пылью во все стороны. Запахло аммиаком и ртутными испарениями. Лже-Маркус упал сначала на колени, а затем и полностью распластался на полу, лицом вниз. Глаза его остались открытыми, но лицо стало меняться. На Маркуса он уже похож не был.
Маркус отставил зеркало в сторону и подошел к Альфреду.
– Вы в порядке, мой друг?
– Да… Вот только…
– Что? – встревожился Маркус.
– Прямо перед вашим приходом, я почувствовал нечто странное…Расслабление какое-то, какая-то эйфория… Довольно подозрительно….
– А, понятно… И уже даже хотели все ему рассказать? Верно?
– Откуда вы знаете? – удивился Альфред.
– Да вон сами посмотрите, и Маркус указал куда-то под стол.
Альфред отклонился, чтобы взглянуть и обнаружил под столом небольшую бутыль.
– Что это? – он достал бутыль из-под стола.
– Да-да, это та самая пропавшая ночная фиалка! – Маркус осторожно взял бутыль в руки. – Дома попробуем ее нагреть, и тогда сами увидите. Но чем же он ее активировал?
Он подошел лежащему на полу человеку и пощупал пульс.
– Да, в наручниках уже нужды нет, – констатировал он.
– Он умер? – удивился Альфред.
– Точно, – отрезал Маркус, – и твердый стал, словно камень. – Он перевернул мертвеца на спину.
Альфред подошел поближе и поднес лампу:
– Господи! – воскликнул он, – Да это же… Манфред!
– Манфред? – удивился Маркус, – Вы не обознались?
– Да какой там… – Альфред махнул рукой. – Но как же так вышло? У меня куча вопросов…
– Вышло что? – переспросил Маркус.
– Да, все… Почему здесь Манфред, например? Как он перевоплощался? Почему умер?…
– Ну, последнее я как раз могу объяснить. Он умер от зеркала и собственного удара, который отразил Иоаннов посох.
– От зеркала? – удивился Альфред.
– Ну, да, а что вас удивляет? Манфред, очевидно, был поражен дибуком или, быть может мамлюком, или еще чем-то вроде того. Кто ему этого дибука подсадил, мы пока не знаем, но теперь понятно, что тут работает не один человек. И он или они не остановятся ни перед чем. Вопрос – что им нужно?
– Как вы все это поняли? – спросил Альфред нервно.
– Да никак, мой друг. Просто взял с собой все, что могло пригодиться. И пригодилось. Ну, а если бы нет, то пригодился бы ваш стилет, – Маркус улыбнулся.
Альфред опустился на стул.
– Где филлеры? – спросил он.
– Я их отпустил,– спокойно ответил Маркус. – Я понимал, что в таком темпе событий им не поспеть, а потому, все только бы усложнилось: наделали бы шуму или напутали бы что-нибудь. Решил, так сказать, действовать лишь исходя из своих возможностей.