– Не нравится мне, как вы меня разглядываете! – нахмурился Колин. – Чего это вы уставились? Насмехаетесь?
– Ну что вы! Прикидываю, когда же вы уже начнете задавать вопросы.
– А может, мне не о чем спрашивать, – насупился констебль. – Я вас понял. Мне и самому не хочется и дальше мучить мальчишку, но начальство требует… да что там! Поймали человека, посадили за решетку, а как доказать… все против нас! И он это понимает! Может, я глупец? – вздохнул Колин. – Может, ошибаюсь. И никакого отношения этот человек к похищению Джека не имеет, но я в смятении, в отчаянии… Люди пропадают, а я не знаю, с чего начать!
Что-то горькое и тоскливое появилось во взгляде этого юноши, исчезла его прежняя злость, пропало недовольство обществом Джонатана. Он словно бы увидел в конкуренте человека опытного, знающего и потянулся к нему, надеясь получить совет.
– Я не раз предлагал помощь. Вы отказались.
– Да, – понурил рыжую голову Колин Хили. – Это так. Но дело отнюдь не в самонадеянности. Вы ведь…
– Дилетант?
– Самоучка. И методы, которые вы используете…
– Я вовсе не пытаюсь быть оригинальным, констебль Хили. В ход идет лишь логика. Здравый смысл. И никаких предрассудков. А порой и никаких шаблонов, схем. Далеко не всегда преступление – это модель. Ибо человеческий разум, создающий преступление, формирующий его, продумывающий, сложен и многогранен. Важна каждая деталь, любой след, слово, движение. В моём методе нет ничего необычного. Я лишь использую приемы самых разных научных дисциплин, от медицины до химии, чтобы воссоздать картину событий. Я наблюдаю, познаю и учусь так же, как и вы.
Колин Хили слушал очень внимательно. Он был заинтригован.
– Кому как ни мне говорить, что нынешние методы раскрытия преступлений устарели. Вся эта опора исключительно на очевидные доказательства, на признательные показания… это изживает себя. И есть ведь дела, совсем как это, в которых все слишком сложно и неоднозначно. А методы идентификации преступников… что уж говорить! Один только бертильонаж[2] порождает уйму сложностей.
– Возможно, рано или поздно все изменится. Меня вот, к примеру, занимают идеи Уильяма Гершеля. Я с большим интересом прочитал его «The origin of fingerprints». Вы только подумайте, какие горизонты открывает понимание того, что папиллярный рисунок у человека не меняется на протяжении всей жизни[3]! Это знание можно использовать для идентификации преступника!
Колин смотрел на детектива Риддла с полуоткрытым ртом.
– Впрочем, не берите в голову, – махнул рукой Джонатан. – Благодарю за то, что проводили меня, констебль. Станция уже близко. Здесь улицы не такие темные, страшные и мрачные. Без вас я бы непременно заплутал. Я запросто поймаю кэб. А вы возвращайтесь домой, вам необходим отдых.
Уже по дороге в Вестминстер, наблюдая за поздними прохожими, купаясь в свете фонарей и звуках музыки, Джонатан осознал, как сильно он устал, что и дальше терпеть чудовищную головную боль просто невозможно. Нужно отдохнуть. Немного. Совсем немного. Отдохнуть… Но на это не было времени. Детектива снедала тревога. Если задержанный констеблями человек, действительно, тот, о ком он думает, его следует держать как можно дальше от Колина Хили.
***
Вечер уготовил детективу еще одно испытание. Вернувшись домой, он столкнулся с бушующим Робертом Блэйком. Молодой человек, бледный и сердитый, расхаживал по гостиной, размахивал здоровой рукой, время от времени цеплялся за свои взлохмаченные волосы и выглядел… совершенно безумно. Бриджет, бедняжка, не знала, как его угомонить.
– Прошу вас, мистер Блэйк, вернитесь в постель! Вы ещё слабы! Вернитесь, иначе я пошлю за доктором. Мистер Блэйк, прошу, не пугайте меня!
Джонатан усмехнулся. Он знал: Бриджет всего лишь играет роль. Перед Робертом Блэйком она должна выглядеть как благовоспитанная леди. Если бы ни эта проклятая роль, девушка бы давно хорошенько огрела Блэйка чем-нибудь тяжелым.
– Нет, оставьте меня! Оставьте! – шептал Роберт, время от времени хватаясь за голову. Бедолага! Весь его стройный, правильный, прекрасный материальный мир развалился в одночасье, когда молодой человек увидел клыкастую тварь на темной улице. – Говорю же! Я не сошёл с ума! Я совершенно здоров! Я видел… это! Видел!
– Мистер Блэйк, на вас напали! Ударили по голове! Вы все ещё больны. Ну же! Присядьте! Выпейте стакан воды. Прошу вас!