Наконец между клочьями облаков замаячило примостившееся невдалеке от высокой скалы круглое строение. Скиталец кое-что уже знал о нем — это блокпост на гребне первого из многочисленной череды перевалов и хребтов на пути к их конечному пункту путешествия. Здесь кончались земли Страны, Окрруженной горами и начиналась Горная Страна. И первые владения в ней — земли Северной Принцессы.
Строение представляло собой сложенную из кусков необтесанного гранита круглую широкую башню в два этажа — во всяком случае, два яруса узких проемов-бойниц зияли на ее стенах. На плоской крыше располагалось что-то укрытое мешковиной — не иначе, какая-нибудь катапульта. Потому что, рядом с ней и уже без мешковины просматривалась груда камней примерно одного размера. Скорее всего, боеприпасы. Серьезное укрепление. В башне могло поместиться не менее полусотни бойцов. В случае необходимости, конечно. Пока к ним вышло только три человека — два копейщика-горца и один офицер. На горца он совсем не походил — курносый, сероглазый, безусый, хоть и не очень молодой. Вероятно был наемником из Страны, Окруженной Горами. Об этом говорила и его амуниция — стальная кираса с железным шлемом — горцы себе такое позволить не могли и обходились тулупами и колпаками с нашитыми медными, а то и костяными пластинами.
— Господа, куда едем, что везем? Чем собираетесь торговать? — спросил офицер на языке Побережья.
— Едем к друзьям, везем подарки. Мы не торговцы, — ответил Скиталец.
— Все равно, пошлину придется заплатить. — покачал головой стражник. — Господин Волк, построивший эту дорогу, заботится о том, чтобы путникам было удобно и безопасно ездить по ней. А это требует денег. Будьте добры, покажите, что везете нашему мытарю. Это для вашего же блага.
— Да, пожалуйста. Мы уважаем законы Горной Страны и самого господина Волка. Прошу, — и Скиталец откинул тент воза.
Из узкого дверного проема башни вышел маленький человечек с худым изможденным лицом, так же, скорее всего, не горец, и, не говоря ни слова, полез в воз. Утомленные дорогой Лия с Мартином вылезли из телеги и стали прохаживаться, разминая ноги.
Вдруг один из копейщиков покинул свое место, где должен был стоять по местному уставу, и приблизился к юноше. Скиталец почувствовал опасность. Его рука тут же нырнула под тулуп и нащупала рукоятку кинжала. Но тревога оказалась ложной — стражник упал перед Мартином на колени и стал что-то бубнить себе под нос, пытаясь поцеловать полу тулупа парня.
— Эй! — рявкнул Скиталец. — Отойди от моего сына!
— Мерзавец! А ну, марш на место! — это уже заорал офицер. — Ты где стоять должен? Устав забыл? Так я напомню!
Копейщик нехотя поднялся с колен и, отбивая поклоны Мартину, попятился к своему товарищу.
— Что это с ним? — удивился Мартин. — Что он бубнит? Ни слова не разобрал.
— Простите несчастного. Этот бедняга считает себя великим пророком после того, как бандиты попали ему из пращи в шлем увесистым камнем, — объяснил офицер. — С тех пор у него, видите ли, видения. Вообще-то, он парень неплохой. Он не сделал бы вам ничего плохого. Просто, больной на голову. Не обращайте внимания.
— С вас, — продолжал он, посоветовавшись с худосочным мытарем. — Две меры муки, один мерный кувшин вина и полмешка фуражного зерна. Или хотите заплатить монетами?
— Да, пожалуй, — ответил Скиталец, отсыпая медяки в руку офицера.
Тот улыбнулся. Наверное, увидев посеревшее лицо Скитальца, он посчитал это проявлением жадности и нежеланием расставаться с денежками (хотя, скупердяй и дал сверху пару-тройку монеток — довольно щедро, по сравнению с другими торгашами. Вот тебе и скупердяй!). Но Скитальцу было наплевать на деньги — его волновало только то, что произнес контуженный в бою стражник. А сказал он буквально следующее:
— Приветствую тебя, о великий хан Мати, спаситель и защитник народа Горной Страны. Мы давно ждем тебя и готовы сложить у твоих ног свое оружие и головы.
Хорошо, что этот бред не понял никто, кроме Скитальца.
Главный город этих земель — столица Северной Принцессы и ставка Волка — на город в понимании гостей вовсе не походил. Единственной оградой этого поселения служили горы. Домов тоже не было. На зеленой долине располагались только переносные жилища, эдакие местные то ли юрты, то ли вигвамы — треугольные конусы, обшитые шкурами животных. Центральная юрта, в которой, очевидно, и проживали правители этой земли, была крупнее и выше остальных и располагалась в самом центре долины. Название этого «палаточного городка» переводилось, как берлога или логово, а в более широком смысле — обиталище.