- Он сказал, что если ты допустишь такую фамильярность, то он при тебе будет делать со мной то, что захочет?!
- Да. А откуда ты ..?!
- Я очень хорошо изучила хозяина. И та женщина на проекции. Это не я. Это та, что превратила его в монстра.
- Ты хочешь сказать … что она – наагатка?! – Изумилась непосредственная нагочка. – Хотя … Точно! Наагатка! У тебя же зрачок круглый! Но она с тобой – просто одно лицо!
- Двойников, да и просто похожих разумных, на самом деле не так и мало. – Спокойно ответила я. – Ладно. О моём двойнике подумаем позже. А пока – надо поесть и постараться поспать.
- Синья! – Нагочка сразу вспомнила, где мы на данный момент находимся, - Поспи со мной! Я боюсь одна!
- Посплю. Только успокойся. Где тут искать еду, если господин Ниц не забыл и заказал нам её?
Мой ход оказался тактически и психологически правильным. Зара тут успокоилась и направилась к углублению у двери. Нажала на панель.
Вуаля! Я вижу несколько контейнеров с едой.
- Ура! Ееее-дааа! – Пискнули мы одновременно, в четыре руки переставляя контейнеры на стол.
- Надо же! – Мы утолили первый голод, и я открыла ещё один контейнер, - Не ожидала, что пираты так хорошо питаются.
- Ага. Согласна. – Нагочка, несмотря на хрупкое сложение, очень любила поесть. – Надо же! Тут такие деликатесы! Даже у Вьера не всегда есть эти яства.
Пришедшая в голову мысль заставила меня подавиться:
- Кхе-кхе! Не нравится мне это.
- Что?! – Зара снова занервничала, не донеся до ротика сочную дольку местного редкого фрукта.
- За всё надо платить. Если нас, рабынь, кормят такими деликатесами … - Я замолчала, с тревогой наблюдая распахнутые глазищи нагочки, которые захлёстывала паника. – Зара!
- А?! Прости. – Юная женщина честно пыталась совладать с собой. – Я помню … понимаю … Я тебя не подведу. Веришь?!
- Верю! – Обняла Зару, и мы вместе улеглись в кровать. Тесно прижавшись друг к другу.
Свет в каюте погас. Оставшись только в виде полоски над дверью.
Понятно. Это значит, что за обитателем каюты наблюдает корабельный Искин.
Спустя несколько минут нагочка тихо и смешно засопела. А ко мне сон никак не шел. Я снова и снова прокручивала в мыслях различные варианты поведения. И ни на одном не могла остановиться.
Уж слишком неоднозначной личностью был наш новый хозяин.
5. Часть пятая
Но я женщина взрослая. И понимаю слово – «НАДО»!
А значит, надо заснуть. Надо отдохнуть. Неизвестно, что нас завтра ждёт.
***
А на завтра нас посетил САМ.
Оставив ощущение бренности нашей жизни и полнейшего непонимания – что будет.
Липко-красивый мужик вошел в каюту утром. Слава Богу, мы уже проснулись и успели привести себя в порядок.
От него снова пахло кровью и гарью.
Мы, тут же, смиренно, опустились на колени.
В полнейшей тишине, он обошел нас вокруг. Обнюхал. Зачем-то, потянул меня за волосы. Раздвоенным языком прошелся по шее. Оставляя неприятное жжение.
На замершую Зару, у которой, по-моему, даже сердце от ужаса и отвращения не билось, не обратил никакого внимания.
И … ушел!
- Нииика … - Нагочку колотила крупная дрожь, - Не хочу тебя пугать. Но …
- Но я чем-то привлекла внимание Вожака, это ты хотела сказать? – Было так страшно, что я уже не боялась.
- Ага … Что будем делать?!
- Пока – ничего. Посмотрим что будет дальше.
Следом за визитом Вожака, к нам пожаловал присно памятный Ниц.
- Ну, вижу - Вожак остался доволен увиденным? – А сам сделал такое лицо, словно мы ему в суп плюнули!
- Мы, к нашему глубочайшему сожалению, не знаем – остался сей господин доволен, или нет. – Вежливо ответила я.
- Тогда – скоро узнаете! – Буркнул странный головорез. – Идём. Я вас провожу в трюм. Выберете себе шмотки и украшения. На последних, вожак особенно настаивал.
От этих слов, внутренности у меня смёрзлись в комок. А из Зары, так вообще, как будто жизнь выпили.
- Долго вас ждать?! – Поторопил нас Ниц, так и стоя лицом ко входу.
- Да-да-да, господин. Мы готовы. Мы идём. – Откровенно лебезила я, одной рукой придерживая сомлевшую от ужаса нагочку, а второй опираясь на кровать, чтобы встать.
«Чччёрт! Больно! Будь ты неладен, блин, Хооозяин Вьер! Так и до образования ложных суставов могу дожиться!» - Шипела я про себя, больше по привычке. Когда ворчишь, кажется что не так больно.
И вдруг – тяжесть тела Зары пропала!
- Ну, вот куда ты рыпаешься, а?! Сказать мне нельзя было?! – Раздраженный наёмник прижимал к себе трясущуюся молодую женщину и сверлил меня глазами. – У тебя ж переломы не залеченные! Сейчас за шмотками сходим – и в ренегар! А то мне из-за тебя не хочется жизнью рисковать.