— О Господи! — Эмбер вскочила.
Оказалось, какой-то джип сбил молодую женщину. Машина умчалась по бульвару Сансет, даже не остановившись. Женщина лежала на асфальте и кричала:
— Помогите! Помогите!
Эмбер подбежала к ней, опустилась рядом на колени и начала ощупывать, пытаясь понять, насколько тяжелые повреждения получила несчастная.
— Не волнуйтесь, все будет хорошо, — сказала ей Эмбер, затем выхватила телефон из рук какой-то шлюшки и набрала «911». — «Скорую» к ресторану «Чин-Чин» на бульваре Сансет, и побыстрее, пожалуйста!
— Эй! — возмутилась шлюха. — Я жду делового звонка.
Эмбер сунула ей телефон и вернулась к пострадавшей.
— Сейчас приедет «скорая» и вас отвезут в больницу, — сказана она девушке.
— Ну как она, в порядке? — спросил Тед, подходя к обочине.
— Похоже, да, — ответила Эмбер. — Серьезных повреждений вроде бы нет. Но пусть в больнице посмотрят, чтобы уж точно убедиться.
— Ты так добра, — сказал Тед. — Прости, но знаешь, мне пора возвращаться в контору. Мне надо задать тебе еще буквально пару вопросов и…
— В такой момент, Тед? — укоризненно взглянула на него Эмбер.
Совершенно пристыженный, Тед вернулся к столику, а Эмбер помогла прибывшим санитарам уложить пострадавшую на носилки.
— Я принес тебе «Кровавую Мэри», — сказал Ларс и протянул Карен бокал с томатным соком и водкой.
— Спасибо, дорогуша, — ответила она, отпила глоток и поставила бокал на столик рядом с бассейном. — Вот сижу и жду, когда отзвонит эта маленькая сучка, которой плачу каждый месяц по три тысячи за рекламу.
Всю последнюю неделю или около того Карен ощущала непонятное беспокойство. С Колином все кончено, Джонни тоже не появлялся. А раз мужчина в жизни Карен отсутствовал, все ее помыслы были сосредоточены теперь на «Оскаре». Есть у нее шанс получить эту премию или нет? Ее заботило общественное мнение, переменчивое, словно море во время приливов и отливов, и загадочное, как популярность Марии Кэри. В культовом произведении Джорджа Аксельрода «Господь любит уточку» ее героиня все время твердит: «Все должны любить меня». Карен было очень понятно это ощущение.
Зазвонил телефон, и она тут же схватила трубку.
— Привет, Карен! — раздался бодрый голос Сьюзан Сейковиц.
— Ну, что скажешь?
— Если сможешь прилететь в Нью-Йорк на следующей неделе, телешоу «Тудей» готово взять у тебя интервью. Вести передачу будет Кэти Курик.
— Не собираюсь давать никакого интервью Кэти Курик с этими ее долбаными воротничками а-ля Питер Пэн и ехидной ухмылочкой! — отрезала Карен. — Да рядом с ней я буду выглядеть просто шлюхой.
— Она единственная, кто согласился взять у тебя интервью, — сказала Сьюзан и подумала, что, окажись Кэти Курик в чем мать родила в одной комнате с двадцатью матросами и бутылкой текилы в руке, Карен рядом с ней все равно будет выглядеть шлюхой.
— И вообще я с женщинами не слишком лажу, — сказала Карен. — Как насчет Джея Лино?
— Он занят. И не освободится раньше вручения премий.
— Однако для Фионы Ковингтон время у него нашлось, — проворчала Карен.
— Но ведь Фиона стала лесбиянкой, — напомнила Сьюзан.
— Ну и что с того? — возразила Карен. — А я, может, собираюсь стать республиканкой. А в Голливуде это еще хуже, чем быть лесбиянкой или педиком.
— Лино занят, — повторила Сьюзан. — Попробуй поговорить с Леттерманом, если, конечно, ты согласна приехать в Нью-Йорк.
— А как насчет Теда Коппела?
— Но ведь он занимается только политиками.
— А что, по-твоему, вручение премии «Оскар», как не политика? — парировала Карен.
— Ладно, сейчас проверю, может, у Лино есть окошко, — сказала Сьюзан, которой не терпелось закончить разговор.
— Я свободна в четверг.
— В четверг у него Мадонна.
— А ты позвони ему и скажи, что Мадонна не может. Берет уроки актерского мастерства! — И, бросив трубку, Карен раздраженно буркнула: — Вот дерьмо!
— Ты что, действительно хочешь получить этот «Оскар»? — спросил Ларс.
— А ты что, не видишь? — огрызнулась Карен. — Ладно, будь лапочкой, сбегай на кухню и принеси мне еще водки.
Ларс отправился на кухню. Карен же осталась сидеть у бассейна, мрачно разглядывая деревья джакаранды, что отмечали границы ее сада. Все эти переживания по поводу «Оскара» могут испортить так чудно начавшийся день в компании с Ларсом. Она и прежде приглашала его позавтракать и всласть посплетничать — словом, для невинных забав, которыми они предавались еще со дня знакомства на съемках «Безумства в джакузи». Карен всегда говорила, что они с Ларсом все равно что брат и сестра, и, как поется в песне, «делают это для себя». Но сегодня его занимательная и веселая болтовня о том, кто с кем спит и кого в очередной раз поместили в психушку, не могла отвлечь Карен от грустных мыслей. Она чувствовала, что вокруг нее образовалась пустота. Впрочем, пустота существовала и раньше, и она активно старалась заполнить ее сексом и глупыми амбициями. Теперь же, грезя об «Оскаре», она заглянула этой пустоте, что называется, прямо в глаза. И горькая истина заключалась в том, что, как поняла недавно Карен, даже «Оскар» не в силах изменить ее жизнь. Жизнь должна быть цельной, заполненной чем-то…