— Да. — Джой осторожно вырвала исписанный листок из блокнота и знаком попросила Алену взять его. — Да, Адам любил меня… Но больше всего на свете он любил деньги. Этому идолу он был готов принести на алтарь любую жертву…
— А вы умело, извращенно потакали его главной слабости! — насмешливо сказала Алена, с напряжением вчитываясь в неразборчивый почерк Джой. Наконец подняла голову.
Их глаза встретились, и Алена отрицательно помотала головой.
Джой бессильно откинулась на подушку и вновь закрыла глаза.
В дверях бесшумно возник оперативник.
— Все в порядке. Она устала… Немножко отдохнет, еще поговорим, и я пойду, — пообещала Алена.
Капитан так же тихо вышел. Алена разгладила скомканную впопыхах записку, достала ручку и, подумав, написала несколько фраз на обратной стороне.
— Может, позвать врача? — Алена подошла к кровати и вложила записку в руку Джой. Та вздрогнула, подняла веки.
— Нет, нет, это просто от слабости. — Джой буквально впилась взглядом в листок.
Малышка приотворила дверь и с порога спросила оперативника:
— Можно от вас позвонить Михаилу Михайловичу?
Капитан молча сдвинул телефонный аппарат к краю стола.
— Алло, дядя Миша, это я. Да, еще в больнице. Джой себя неважно чувствует, мне бы не хотелось усугублять ее состояние. Сделаешь мне на завтра пропуск? Ну, пожалуйста… мне же ни о чем не удалось поговорить. Ну конечно…
Алена с очаровательной улыбкой протянула трубку оперативнику.
— Здравия желаю, товарищ полковник. Нет, завтра опять я. Он подменился на сутки. Так точно, товарищ полковник… Да я понимаю, искусство должно правдиво отражать жизнь… Тогда с вашей племянницы два билета на премьеру. — Капитан озорно поглядел на Алену. — Так точно, товарищ полковник.
Алена вернулась в палату, взяла из рук Джой новую записку. Прочла и, спрятав в карман, долго и напряженно смотрела на ее измученное, бледное, но от этого еще более красивое лицо. Джой также не сводила немигающих глаз с Алены.
— В начале своей медицинской карьеры, — заговорила негромко Джой, — я работала с крысами…
«Вот и продолжала бы и дальше с ними работать, — чуть не вырвалось у Алены. — Хищник с хищником — тогда никого не жалко…»
— Интеллект крыс ближе всего человеческому интеллекту. Только законы существования жестче, — продолжала Джой. — Когда одно семейство воюет с другим и силы уже на исходе, а позиции равные, тогда выходят два лидера — с одной и с другой стороны. Они встают на задние лапы и со смертельной ненавистью смотрят друг на друга, пока один из них не выдерживает направленной на него энергии и не падает бездыханно.
— Милая история. — Голос Алены прогудел жестко и саркастически. — Сожалею, что вы лежачая. У нас в России есть правило: лежачих не бьют, а то можно было бы уподобиться братьям нашим меньшим, тем более я с детства питаю симпатию к этим интеллектуальным тварям…
Она приблизилась к тумбочке Джой, склонилась к блокноту, нацарапала пару фраз и, отойдя к окну, отодвинула штору.
— У вас душно… Я приоткрою форточку… буквально пару глотков чистого воздуха.
Пока Джой читала, Алена скрылась за шторой и уже через минуту, заперев форточку на шпингалет, вернулась обратно, вынула из сумки какой-то предмет, предусмотрительно завернутый в мягкое полотенце, и бесшумно положила его под подушку Джой.
— В какое время мне лучше прийти завтра? — Алена вышла к оперу.
— Да хоть так же. Уже уходите? Давайте свой пропуск — отмечу… Товарищу полковнику передайте, что по этому завтра уже не пустят. Он разовый.
— Да, да, спасибо. Господи, сумку забыла.
Алена вернулась в палату, и капитан услышал, как посетительница пожелала американке поспать — это восстанавливает силы.
На следующий день точно в это же время Алена переступила порог комнаты, где, как и накануне, дежурил знакомый опер.
На сей раз капитан Пантелеев встретил ее без сдержанного неодобрения.
— Привет представителям искусства! — встал он ей навстречу и, взглянув на часы, заметил: — Ого! Точность — вежливость королей! Минута в минуту. — Он кивнул в сторону плотно закрытой двери в палату и с сожалением произнес: — Хуже ей стало ночью. Так что вряд ли ваше свидание состоится. Хотя из посольства американцы у нее с утра были. Недолго, правда.