- Куда ты денешь эту разорённую цветочную лавку? – ворчливо спрашивала у неё Тереза в антракте между отделениями.
- Тоже отдам на благотворительность, – отмахнулась Маргарита.
- Как это?
- Смотри.
Она вызвала к себе в гримёрку одну из смотрительниц зала.
- Галина Ивановна, я знаю, что вы одна поднимаете внука. Как вы думаете, вы сможете продать завтра эти букеты? – спросила она.
Женщина растроганно кивнула, и цветы были отданы ей снова на продажу…
После окончания второго отделения её долго не отпускали со сцены, а кое-кто вознамерился не выпускать её из страны.
- Вы не можете так меня покинуть! Мы с вами только стали понимать друг друга! – умолял фаворитку император вкуса и деловых поездок и приёмов.
Она очаровательно улыбалась и кивала, а сама уже была не здесь.
«Ты никогда меня не поймёшь, толстый боров – не обольщайся даже. А про тебя и понимать особо не надо – так всё пошло и банально. Перебьёшься! Господи, как я хочу настоящую пасту с настоящим песто. И мидии!»
Тони и Тереза уже всё упаковали и заказали билеты – на автобус из Москвы, на самолёт из Москвы и на поезд из Москвы.
- Зачем такие траты, дорогая? – спросила Тереза.
- Мы убегаем. Нам стоит замести следы. Я нелегалка, он может прижать…
На кладбище она не сразу сообразила, где могила отца, – Николо, как и обещал, установил новый памятник и ограду.
- Вот, дядя Коля. Присмотришь? Хоть раз в год?
- Не вопрос, лисёнок. Не волнуйся. Помянем?
- Да. Наливай… Анна Фёдоровна?
- Я так и знала, что застану тебя здесь.
- Как вы узнали?
- Не велика хитрость – я не первый год живу на этом свете.
- Что вам угодно?
- Ты мне никогда не угодишь, так что давай без протокола. Попроще.
- Что вам нужно?
- От тебя? Ничего. Я тут из-за сына. Ему плохо. Ты унизила его и вытерла об него ноги. Я бы убила тебя за это, но он взял с меня слово тебе не вредить. Я просто пришла попрощаться с тобой и поговорить.
- Дядя Коля, – растеряно обернулась она к сослуживцу отца.
- Прощай, Лисёнок. Будь счастлива. А за могилой я присмотрю – не волнуйся, малышка. Пока, – он обнял её и ушёл.
- Итак, Анна Фёдоровна, я вас слушаю.
- Лучше бы тебе было послушать меня в Санта-Маргарите много лет назад, - сказала мать её первого мужа, – я ведь предупреждала тебя, чтобы ты не возвращалась в Россию, – и она посмотрела на первую невестку с ненавистью.
- Я приехала на гастроли по приглашению вашего министерства культуры. И сегодня уже уезжаю. Вы хотели попрощаться. Я слушаю.
- Мне трудно стоять, Маргарита, – имя она произнесла с издёвкой, – и я не хочу говорить у могилы твоего отца. Пригласи меня в кафе, пожалуйста.
Маргарита пожала плечами и повела бывшую свекровь к машине.
Они выехали с кладбища и поехали в сторону города. На въезде нашли небольшую шоколадницу и заняли столик.
Маргарита заказала кофе и молча пила его.
- Что ж. Я всегда была против тебя и таких, как ты. Но Петрушу вечно тянуло к дешёвым девкам, актрисам и балетным. Он с ума сходил, за кулисы таскался, деньги проматывал. Ну, да бог бы с ним, развлекался бы, но он на тебе женился! Браво! Ей богу, я и не ожидала, что ты так его окрутишь, – она сделала паузу.
Маргарита равнодушно слушала оскорбления, заказав себе пирожное.
- Ну, да ладно. Подай мне сахар. Спасибо. Ладно. Но ты сейчас уедешь, а он окончательно сойдёт с ума. Что мне делать? Как удержать сына на краю пропасти?
- Вы меня спрашиваете?
- А кого? Кого ещё я могу спросить о таком? Ты знаешь его и знаешь свой мир. Как мне отвадить его от всего этого? Как вернуть ему самоуважение и восстановить карьеру? Где найти для моего мальчика стимул к жизни?