- Только то, что вы слышали. Переезжайте к нам, в США, и мы вам предоставим все условия для вашей работы. Вы получите столько средств, сколько вам потребуется для ваших опытов.
Во взгляде ученого появилось любопытство.
- Вы пытаетесь меня завербовать? – спросил он.
- Называйте это как хотите, - отозвался, ничуть не смутившись Андервуд. – Но я называю это предложением к сотрудничеству.
- То есть я должен буду покинуть родную страну, родной дом, и уехать на чужбину?
Американец сунул руки в карман пиджака.
- А что в этом такого? Что для вас лучше, остаться до конца жизни неудачником, или получить работу, и быть высоко ценимым на государственном уровне?
Настала очередь погрузиться в раздумье Килпатрику. Собственно, он мог бы догадаться сразу, что разговор будет об этом. Вряд ли представитель ЦРУ или кто бы он там ни был, приехал бы в Голландию для того, чтобы наведаться о состоянии здоровья никому не нужного профессора Йозефа Килпатрика. Но и вербовкой это, в полном смысле слова, назвать было нельзя. Ведь никто не предлагал ему выдать секреты правительства.
- С чего вы решили, что я на это соглашусь? – спросил он.
- Мы рассчитывали на ваш здравый смысл.
- Вот как? Вы называете здравым смыслом перейти на сторону того, кто больше платит?
- Вообще-то о плате я пока не произнес и слова, - возразил Дуглас Андервуд. – Но если пошло на то, то мы действительно предлагаем вам зарплату в три раза большую, чем вы получаете здесь.
- О, - произнес Килпатрик, глядя куда-то вперед. – Вы, американцы, всегда думаете, что все можно купить за деньги.
- Нет. Мы думаем, что деньги – это основа материального благосостояния, всегда необходимого человеку.
Килпатрик рассмеялся.
- Хорошо сказано.
- И, как я уже говорил, вам будут предоставлены все условия для вашей работы, чего вы здесь лишены. Поймите, профессор, вы здесь никому не нужны. Ни вы, ни ваша работа.
- А там я буду востребован?
- Именно. Вы будете работать на правительство Соединенных Штатов, а оно умеет ценить тех, кто работает на него.
- И мои труды будут широко опубликованы, и я стану известным на весь мир?
- Нет, - неожиданно остудил пыл ученого Андервуд. – Как раз напротив. Ваши работы будут засекречены, и вы будете обязаны хранить их результаты втайне от непосвященных.
- Вот так-так, - Килпатрик был несколько огорошен.
Американец смотрел на свои ботинки.
- Соглашайтесь, профессор, не каждому выпадает такой шанс. Вы будете обеспечены всем, в чем вы только будете нуждаться. Жильем, машиной, а по достижении пенсионного возраста, и достойной пенсией. Вы не пожалеете.
Ученый раздумывал, шагая по дорожке. Конечно, в предложении Андервуда было много заманчивого. Да, и в самом деле, что ему терять? У него нет ни семьи, ни жены. Есть только работа в институте, где ему не позволяют заниматься тем, чем он хотел бы заниматься, где все его доводы и теории вызывают насмешки, и ему приходится подрабатывать чтением лекций, чтобы хоть как-то сводить концы с концами. Да и возраст его уже перевалил за средний, и начинает клониться к старости. Американец прав – здесь он никому не нужен.
Остановившись, Килпатрик посмотрел в глаза собеседнику.
- Вы гарантируете мне все то, что только что перечислили?
- Да, я гарантирую это, - был лаконичный ответ.
- Хорошо, думаю, что я соглашусь.
Андервуд кивнул.
- Вы приняли правильное решение. А теперь я хотел бы взглянуть на ваши работы поближе. Вы не возражаете?
2
Квартира Йозефа Килпатрика не поражала ни размерами, ни комфортом. Стандартная квартира обыкновенного ученого холостяка. В комнатах царил хаос – разбросанные вещи, в рабочем кабинете стол весь завален бумагами и книгами. В общем, стереотип жилища одинокого ученого.
По просьбе Андервуда профессор передал ему свои труды. Несколько толстых тетрадей, заполненных научными терминами, теориями, доводами, рассуждениями, и доказательствами.
По тому, как быстро американец погрузился в чтение, и по выражению его лица, Килпатрик понял, что для него это отнюдь не бессмысленный набор закорючек, и непонятных слов. Андервуд явно неплохо разбирался в биологии.
- Прекрасно, прекрасно, - бормотал он, перелистывая страницы. – Я думаю, что мы в вас не ошиблись. Ваши теории смущают тем, что они чересчур просты и элементарны. Настолько просты, что кажутся невероятными. Если все так очевидно, то почему до сих пор никто еще не создал аква-человека до вас?