Прошло около двух часов, и кислород, находившийся в аквалангах начал иссякать. Один за другим дайверы всплывали на поверхность. Первыми выбрались на берег Сэм и Роуз. Профессор с Ковальчиком поспешили к ним.
- Вы как, в порядке?
Доусон, сбрасывая со спины акваланг, кивнул головой.
- Полный порядок.
- А Филипчик?
- И с ним тоже. Плавает, как дельфин.
Он подхватил акваланг за ремни, и хотел было направиться к фургону, но Ковальчик остановила его.
- Погоди, у тебя остался еще кислород в баллоне?
- Остался, минут на пять.
- Надевай обратно. Нужно передать новые акваланги охранникам. Филипчика нельзя оставлять без присмотра.
Килпатрик, один за другим, принес акваланги Сэму и Сайфред. Через минуту те снова скрылись в пучине. На этот раз их возвращения не пришлось долго ждать. Они вернулись, неся в руках отработанные акваланги, принадлежащие Джагеру и Вестону.
- А вам, боюсь, новых баллонов дать не можем, - сказала Ковальчик. – Их у нас слишком мало.
Они и не возражали. Им хватило и тех двух часов, что они пробыли под водой. Было, конечно, здорово, но им хватило. Усталые, но довольные Доусон и Роуз принялись стягивать с себя костюмы, а затем растянулись на песке. После такого долгого купания было бы неплохо погреться на солнышке.
Однако не успели они улечься, как из воды показались Сноу и Берковец. Оператор, уже давно переставший вести съемку, сразу же направился к машине, где принялся возиться со своей камерой. Ему тоже не нашлось больше акваланга. А вот Берковецу выдали новое снаряжение. Он, как инструктор по дайвингу, должен был оставаться со своими подопечными.
- Это потрясающе, - заговорил Сноу. – Он ведет себя как настоящая рыба. Ему бы еще дать ласты, тогда бы из него вышел бы такой пловец, что он мог бы дать сто очков вперед любому аквалангисту.
Килпатрик вопросительно повернулся к своим ассистентам, словно ожидая от них подтверждения или опровержения всего услышанного.
- Это правда, сэр, - подтвердил Сэм. – Он довольно быстро приспосабливается. Но все же, человеческое тело не рассчитано для подводного плавания, и боюсь, ему не угнаться за дельфином или еще каким обитателем глубин, но все же… Дышать под водой – это большое преимущество.
- Никому и не нужно того, чтобы он уподобился рыбам в их ловкости и быстроте, - возразила Ковальчик. – Главное, чтобы он мог как можно дольше оставаться под водой.
2
А Фрэнк продолжал дышать, и плавать в океане. Ему льстило то, что у его сопровождающих уже давно кончился кислород в аквалангах, а он преспокойно оставался на глубине. Словно такие способности являются вполне естественными для него. И ведь всего-то и требовалось – это залить через трубку в легкие специальный раствор, жидкость, изобретенную этим странным профессором.
После ухода Сэма и Роуз Филипчику стало скучно. Он вновь почувствовал себя оставленным. Теперь особенно явственно стало ощущаться присутствие его стражей, и это действовало ему на нервы. Инструктор тоже не вызывал желания вступить с ним в контакт. Он держался неподалеку, и Фрэнку казалось, что тот ждет того, когда же он, наконец, начнет задыхаться или захлебываться. Собственно, так оно и было. Берковец догадывался, что этот странный аква-человек, наделенный способностью дышать под водой, не сможет делать этого вечно, и что рано или поздно, а наступит момент, когда его придется вытаскивать на поверхность.
Честно говоря, Филипчику стало надоедать это плавание. Ему захотелось вернуться на сушу, но он знал, что этого ему делать нельзя, и что если он сорвет эксперимент, его за это по головке не погладят. Придется торчать здесь до того момента, когда он не сможет больше дышать.
Резвиться больше не хотелось, как не хотелось и состязаться в скорости со своими надзирателями, которые всегда следовали за ним, если он начинал слишком уж отдаляться от них. Снабженные ластами, они плавали быстрее него, и могли с легкостью его догнать. А вообще, лучше всего было бы просто не обращать на них никакого внимания.
Фрэнк пространствовал. Он «парил» в воде, раскинув в стороны руки и ноги, и ему казалось, что он находится в состоянии невесомости. Он читал о таком состоянии в фантастических рассказах, но не верил тому, что в космосе действительно может быть все именно так, как это описывали писатели.
Больше он не боялся того, что на него могут напасть какие-нибудь морские хищники. Было похоже, что в этих рифах, которые находились под ним, не водились опасные для него обитатели, и можно было не опасаться нападений снизу. А что касается акул, то гарпунные ружья в руках агентов выглядели достаточно внушительными, чтобы отпугнуть этих тварей.