Самое странным, и непростительным было то, что никто из медиков, работающих с ним, тоже не придал значения его состоянию. А ведь они должны были насторожиться, когда Фрэнк попросил у них аспирин, но не насторожились. А тот, проснувшись утром следующего дня, почувствовал, что за ночь ему не только не стало лучше, а напротив, его состояние только ухудшилось. Он с трудом поднялся с постели. Жар стал сильнее, и это уже по-настоящему встревожило его. Если вчера он решил, что просто переохладился в море, а ночной сон, и таблетка аспирина приведут его в чувство, то в это утро он понял, что его дела значительно хуже, чем он полагал.
Лишь только теперь медики почуяли опасность. Сэм и Роуз, по указанию профессора Килпатрика, принялись осматривать больного, однако не выявили серьезной угрозы. Ему был поставлен предварительный диагноз: простуда.
К вечеру второго дня дыхание Филипчика стало затрудняться, а в легких появился подозрительный шум, похожий на свист. Несмотря на постельный режим, и назначенное лечение, состояние Фрэнка быстро ухудшалось. Врачам стало ясно, что у «пациента» проблемы с легкими.
Килпатрик забил тревогу, требуя, чтобы к больному были приглашены хорошие врачи. Ковальчик выполнила его требование, и вскоре прибыла карета скорой помощи. Приехавшие врачи возились с Филипчиком около двух часов, пытаясь выявить точный диагноз.
- Как, по-вашему, что это может быть? – спросил Сэм Доусон, отведя в сторону одного из врачей. Судя по выражению его лица, можно было заключить, что дела Фрэнка не слишком хороши.
- Пока трудно сказать, - признался доктор. – Нужно сделать рентген. Но одно можно с уверенностью сказать: у него не в порядке с легкими.
- Пневмония?
Доктор сделал неопределенный жест.
- Скорее всего, да. Во всяком случае, я на это надеюсь.
- То есть, как это, надеетесь? – изумился Сэм. – Вы хотите сказать, что у него может быть что-то худшее, чем пневмония?
- Приходится опасаться и такого варианта.
- Но что может быть хуже, чем пневмония?
Врач помедлил, бросил озабоченный взгляд на больного, с которым возился его коллега, как будто опасаясь, что тот может его услышать.
- Например, туберкулез.
- Туберкулез?!
- А почему это вы так удивились?
- Да потому что туберкулез – это заразная болезнь.
- Ну, так что же? Вы хотите сказать, что он не мог нигде заразиться?
Доусон сомнительно покачал головой.
- У туберкулеза совсем иные симптомы. Да и болезнь не развивается подобным образом, и так быстро. Он только вчера почувствовал недомогание.
К разговаривающим подошел профессор Килпатрик. Поняв, что он здесь самый старший, врач обратился непосредственно к нему.
- Я хочу знать, что именно делал больной в течение последних сорока восьми часов? Что это за трубка, вставленная у него в горле? Если вы хотите, чтобы я помог, вы должны мне рассказать всю правду.
Доктор смотрел прямо в глаза Килпатрику, и в его взгляде читалось, что отрицательный ответ он не принимает.
- Я не могу вам этого сказать, - тихо, но решительно, сказал профессор. – Это секретный проект, и мы не имеем право распространяться на эту тему.
- Мы тоже не обычная «скорая помощь», - ответил на это врач. – И на вызовы к обычным пациентам не выезжаем. Нас послала к вам Джиллиан Ковальчик. Полагаю, что это имя вам знакомо?
Йозеф Килпатрик заметно расслабился, и поведал все. Выслушав рассказ, доктор кивнул.
- Ну, вот вам и ответ. Надо думать, вы знаете, сколько в водной среде содержится различных микроорганизмов?
Профессор кивнул.
- Вы считаете, что он мог подцепить там и туберкулез?
- Туберкулез – это только один из вариантов. Там может находиться что угодно, любая зараза, любые паразиты. И пока мы не сделаем рентген, мы так и будем топтаться на месте.
2
Рентген был сделан, и он действительно показал, что у Филипчика проблемы с легкими. Там было какое-то новообразование, которое рентген показал лишь как темное пятно. Оно могло быть чем угодно, от воспаления, до онкологии, а то и вовсе посторонним предметом в легких. Или организмом, который быстро разрастался и развивался. Конечно, весьма маловероятно было, что это была опухоль. Она не могла развиться так быстро. Ведь Фрэнк прошел все анализы, прежде чем ученые приступили к опытам над ним. Ничего подобного замечено не было. Значит, это была либо пневмония, либо туберкулез.
Однако дальнейшие анализы не выявили наличие туберкулезных палочек. Оставалось самым вероятным воспаление легких. Тянуть с лечением было нельзя, так как состояние больного быстро ухудшалось, и тогда врачи взялись лечить болезнь Филипчика, как пневмонию. Больной был госпитализирован, в специальную клинику, где к его палате была приставлена охрана.