- Разумное заявление, - согласился с ним Генри. – Но как они смогут нам помочь?
- Предоставь это мне, - Вектор подошёл к краю сцены и громко объявил:
- Мне нужно пятеро добровольцев! – Среди зрителей вверх взметнулась пара десятков рук. По большей части это были дети, родители же поднимали в шутку, понимая, что их не вытащат на сцену. Помимо них Итан заметил и нескольких помощников. Однако всё это была лишь постановка, так как Вектор начал приглашать парней из класса злодеев и их помощников, среди которых оказался и Квинси. Поднявшиеся вместе с ним ребята выглядели неказистыми и неприметными. Итан даже их лиц не помнил среди учеников. В прошлом году Квин и сам был таким, до встречи с Аквой.
После робкого представления всех «добровольцев», Алекс сопроводила их за кулисы, где за них возьмутся профессионалы, а пока диалог между Генри и Вектором продолжился. Теперь уже на тему времени, ведь не зря же Мойры велели искать разгадку во временных отрезках.
- И каким образом мы туда попадём? – Теперь возмущался Вектор, а вот Генри горделиво выпятил грудь.
- Ты забываешь, кто с тобой! Я ведь изобретатель, а каждый уважающий себя изобретатель хоть раз задумывался о путешествиях во времени!
- Хочешь сказать, ты можешь построить машину времени? – Саркастично усмехнулся Вектор.
- Не хочу, - невозмутимо ответил второй, - я уже её построил!
На этих словах уже знакомые двое парней выкатили на сцену непонятную футуристичную махину с миллионом разноцветных лампочек, рычагов и кнопок.
- С чего начнём? – Вздёрнув нос и вовремя одёрнув руку, чтобы не поправить отсутствующие очки, поинтересовался Генри.
- С прошлого? – Растерялся Вектор, разглядывая мигающую всеми цветами радуги непонятную конструкцию.
- Идёт. Берись за тот рычаг, а я за этот. Чтобы сработало опустить нужно одновременно.
- И куда мы отправляемся? – Решил напоследок выразить свои сомнения Вектор.
- Понятия не имею, - со смехом истинного безумца Генри дёрнул свой рычаг и Вектору, ничего не оставалось, как опустить свой.
Свет замигал, а из динамиков донеслись неопределённые звуки скрежетания, завывания ветра, клавесина и чего-то ещё.
Сцена приобрела новые декорации. Это определённо был тронный зал какого-то замка. Под минорные звуки скрипки приглушённый свет осветил человека на троне, стоящий рядом стол с единственной свечой и замерших с опущенными головами нескольких «придворных» по краям сцены. В витражных окнах за спинкой трона мигали алые огни, словно на улице происходит восстание. Учитывая гнетущую атмосферу, царившую на сцене, вряд ли это был какой-то карнавал. Как только скрипка сменилась ударными инструментами, парень на троне отнял голову от кулака и, откинувшись на спинку, повернул голову в сторону свечи. Корона на его голове тускло блеснула в полумраке. Музыка приобрела трагические нотки, а голос певца со скорбью запел о тяжёлой доле короля. Поднявшись со своего места, парень подошёл к столу, уперев в него руки. Свет сопровождал его, и теперь можно было разглядеть, что помимо свечи на столе была разложена карта и фигуры явно с тактическим планированием войск. Он будто отчаянно пытался найти выход из сложившейся ситуации, но судя по тексту песни этого не произойдёт. Оставив тщетные попытки, он отошёл к окну, повернувшись спиной к публике, чувствуя вину за свою беспомощность. Музыка тем временем набирала обороты, заставляя зрителей буквально затаить дыхание, как из-за трона, будто призрак, в простом белом платье вышла девушка. Она медленно приблизилась к парню, чьё лицо до сих пор мастерски скрывала игра света и тени. Началась женская партия, выступившая контрастом почти срывающемуся на отчаянный крик мужскому голосу. Спокойный и даже чуть ласковый. Несмотря на царившее вокруг безумие, она предложила провести бал! Но как оказалось безумие царило не только снаружи, но и внутри короля, потому как он подхватил эту идею. Снова грянули инструменты, и теперь уже дуэт голосов вещал о проведении бала-карнавала. Сцену озарили софиты, являя публике собравшихся в самых дорогих своих костюмах и украшенных драгоценными камнями белых масках поданных, которые словно заразившись безумием собственного короля, закружились в вальсе. Королём же (кто бы мог подумать?) оказался Эванс. Ему сделали достаточно убедительный грим – осунувшийся вид, бессонные ночи и переживания оставили тёмные круги, а в глазах только усталость.