Итан почти добрался до неё, осталась всего пара жалких метров, но было слишком поздно. Тело девушку полностью превратилось в лёд, а от самой макушки пошли трещины, одна из которых расчертила её лицо в том самом месте, где прошла слеза в день их ссоры. Когда Итан оказался у сцены, ледяная скульптура рассыпалась тысячью осколков, заставив его замереть.
Шок. Он отказывался верить в происходящее. Сон. Это всё просто дурной сон. Наблюдая, как осколки, проскользив по сцене, падают на пол, он рухнул на колени, не в силах оторвать взгляд от места, где ещё секунду назад стояла Аква. Та, кто была ему дорога. Та, которую он любил. И которой, так и не успел это сказать.
Время для Итана полностью остановилось. Он уже не слышал, как следом вбежали остальные ребята, как вскрикнула кто-то из девчонок, как всхлипнула Вайлет, как выругался Вектор, как расхохотался Слик. Для него мир сжался до одного единственного квадратного метра, где он сидел, и осколка лица девушки перед ним.
Перед глазами проносились воспоминания, связанные с Аквой. Возмущённая мордашка, когда он отказался работать с ней над проектом. Чистый восторг, когда он играл на гитаре. Привычка почёсывать кончик носа, когда смущена. Сосредоточенный вид, когда сама училась играть. Живой интерес, когда впервые встала на доску. Её вопль с обещанием расправы и его собственный смех. Детский горящий взгляд при виде фейерверков. Поцелуй с привкусом корицы на тёплых и мягких губах. Испуганные визги во время просмотра ужастика и попытки спрятать лицо за ладонями, но всё равно оставляя щёлку чтобы подсмотреть. Строгий, но не осуждающий, взгляд, когда вбежала следом в горящее здание. Её слезы, а затем и неестественно ровная спина. Пустой взгляд с натянутой улыбкой. Безразличие во время тренировки. Застывшая фигура в зрительном зале. Как она выступала в образе ведьмочки и ковбойки на сцене. Её тело, на секунду охваченное синим пламенем. И её последний взгляд, прежде чем она превратилась в то, чего боялась больше всего. Холод и статуи.
Итан заметил её синие волосы ещё в первый день в автобусе. Яркое пятно в серой массе. Он не придал этому значения. Просто очередной фрик. В этот же день она умудрилась врезаться в него, а он разозлился, сам не зная почему. Она была такой милой и забавной, что он решил ей помочь, когда Джингс захотел поиздеваться. Она поблагодарила и даже угостила пудингом. Итан до сих пор помнил его вкус на языке. Она не испугалась. Никогда не боялась. Ей и не нужно было. Аква сильно выделялась, но в её компании было легко и весело находиться. Она стала для него глотком свежего воздуха в этом удушающем мире, а теперь внутри царила звенящая пустота, поглощая его сознание. Она походила на туго натянутую струну, которая в один момент оборвалась с протяжным надсадным звуком, распаляя в его душе жгучий пожар злости. На Слика, на Моник, на Фальца, на Ликру, на Криса, на Линси… но больше всего на себя.
Пространство вокруг него быстро нагрелось, обдавая стоявших сзади ребят нестерпимым жаром, заставив их отпрянуть. Всё тело за доли секунды покрыл огонь. Волосы сменили цвет на раскалённые угли. Доски под ним стремительно начали чернеть, и запахло горелым лаком, а лёд начал таять, испаряясь буквально на глазах, но ему было уже плевать. Поднявшись на ноги, он вперил уничижительный взгляд в мужчину на сцене.
«К черту героев», - повторил он про себя, создавая в воздухе несколько огненных сфер.
- Ты труп, - в его собственном голосе звенела сталь. Слова были не просто угрозой, а обещанием и он ринулся в атаку.
Лёд слабее пламени, но и Слик не простой мальчишка, а опытный злодей. Итан пытался теснить его, но мужчина легко уходил с линии огня, виртуозно используя способность. Силы таяли, он слишком распалился, но упрямо продолжал выжимать из себя всё до последней капли, движимый местью, когда ушей коснулся отчаянный крик Вайлет: