- Слушай, - по привычки забравшись с ногами на кресло, я не заметила, как прошла уже пара часов. Чай был допит, от печенья остались только крошки, глаза начали уставать от долгой работы за монитором, а мозг туго соображал, перечитывая уже по сотому кругу одну и ту же информацию. – Мне всё не дает покоя то пятно.
Чтобы немного отвлечься, повернулась к парню, решив завязать разговор.
- Ты уверен, что это была кровь?
- Не на сто процентов, - не отрываясь от протыкания раскалённой отверткой будущие места для вставки трубок, ответил он, сверяясь с фотографией. По комнате уже давно витал неприятный запах оплавленного пластика, так что пришлось немного приоткрыть окно. Ветра на улице почти не было, а белые хлопья всё продолжали кружиться в причудливом танце, покрывая прилегающую лужайку тонким покрывалом. – Это лишь предположение, но учитывая, что в курке была спрятана игла, скорее всего, для забора крови именно у хозяина – то всё возможно.
- Логично, - подперев щёку кулаком, я внимательно наблюдала за Фларесом. – Безликий мог менять только собственную внешность, но его способность не распространялась на других. Может он сделал его для кого-то? Подельника или напарника?
- Он всегда работал один, - напомнил Итан, откладывая своё занятие и повернувшись ко мне, а я помассировала переносицу двумя пальцами.
- А семья у него была?
- Никто не знает, - развёл он руками.
- Может, он знал, что рано или поздно его вычислят, и сделал Лицекрад для жены или ребёнка?
- Неплохая мысль, - задумавшись, он откинулся на руках, разминая шею. – Но точно не для ребёнка.
- Почему?
- На него просто не подействует. Из-за мутации супергена, силы детей нейтрализуют способности родителей, - со вздохом проговорив, Итан повернул голову к окну.
- Да, точно, что-то такое читала в справочнике по супергену, - на несколько минут воцарилось молчание. Я пыталась вспомнить что-то ещё, но уставший мозг помогать отказывался, поэтому просто бесцельно водила взглядом по комнате, пока он не зацепился за гитары.
- Спрашивай, - поймав мой заинтересованный взгляд, снисходительно произнёс Фларес, поднимаясь на ноги, чтобы закрыть окно и размяться.
- Ты играешь? – Моргнув пару раз, вдруг подумала, что возможно записи в его тетради – это не просто стихи, а песни!
- Да, - усмехнулся он, - а ты?
- Не-а, - с досадой покачала головой, - у папы была укулеле. Одно время пыталась научиться, но потом забросила.
Кстати, а ведь я уже давно её не видела. Даже не припомню инструмент среди вещей, когда мы разбирали коробки. Вернусь домой – спрошу у мамы, может завалялась где.
- Сыграешь что-нибудь? – Решив попытать удачу, с надеждой спросила я. Даже глазками похлопала для большего эффекта.
- А как же презентация? – Парень несколько секунд смотрел на меня с сомнением, но всё же взял в руки акустику.
- Мне надо отвлечься, пока котелок не закипел, - вздохнув, покосилась на монитор, где была открыта на половину готовая презентация.
- Заявки будут? – Усаживаясь на кровати поудобнее, спросил он, настраивая гитару.
- На твоё усмотрение, - поднявшись с кресла, обошла кровать и села на пол перед парнем, по старой привычке скрещивая ноги как для медитации.
Чуть помедлив, обдумывая выбор, он начал перебирать струны, а после заиграл уже по настоящему, что-то мурлыча себе под нос. Мелодия была незнакомой, но очень ритмичной и красивой. Просто так сидеть и слушать казалось кощунством, поэтому я начала чуть постукивать ладонями по ногам в ритм музыке, слегка покачиваясь. Она создавала ощущение лёгкости и заряжала позитивом. Эх, знала бы слова – уверена, начала бы подпевать! А когда он доигрывал последние аккорды, вдруг вздрогнула, уставившись перед собой невидимым взглядом, потому как услышала звук упавшей капли в той части подсознания, где находилась моя «стена». Это было так резко и неожиданно, что я на несколько секунд потеряла связь с реальностью. Что это только что было? Мне же не показалось? Погружаться в транс и игнорировать парня не хотелось, поэтому запомнив это ощущение, решила проверить уже дома.
- Класс! – Как только он закончил, я мотнула головой, прогоняя наваждение и громко зааплодировала. – Это ты написал?