– Если ты говоришь правду, – медленно проговорила она, – я назначу тебя своим главным министром.
Селестин расплылся в самодовольной улыбке.
– Вносите! – крикнул он через плечо.
Двери снова распахнулись, и стражники внесли бесчувственную Марину. Её тонкое тело было закутано в лёгкие водоросли, волосы плавали вокруг головы, как светлый нимб.
Увидев её, Нерокса улыбнулась впервые за долгие часы.
– Это лучший подарок, который я могла получить, – произнесла она с нескрываемым торжеством. – Селестин, отныне ты мой главный министр.
– Славься королева Нерокса! – торжественно произнёс он, снова вытянув левую руку.
– Уведите её в темницу, – приказала королева, махнув рукой. – Её сестра скоро появится сама. Когда обе будут у меня, мы приступим к ритуалу.
Селестин с поклоном удалился следом за стражниками, а Триллиус тихо закрыл двери. Он подошёл ближе, ожидая приказов.
– Уверен, моя королева, она скоро сама явится сюда, чтобы освободить сестру, – мягко произнёс он.
Нерокса откинулась на трон, её змеиный хвост обвился вокруг основания.
– Думаю, ты прав, Триллиус, – проговорила она, глядя на дверь, за которой скрылась Марина. – Всё складывается как нельзя лучше. Осталось немного подождать, и обе сестры будут в моих руках.
Её глаза горели огнём предвкушения.
Как только ноги Аквы и Изольды Навиновны полностью погрузились в воду, произошло нечто необычное, но совсем непугающее для них. Волны, будто приветствуя их возвращение в стихию, начали мерцать мягким голубоватым светом. Их тела ощутили лёгкую дрожь, и привычные человеческие ноги стали плавно преобразовываться. Вскоре вместо них появились длинные, покрытые чешуёй хвосты, блестящие на свету, как настоящие драгоценности. Хвост Аквы был переливчатого синего цвета, словно отражал сам океан, а хвост Изольды сиял глубоким зелёным, напоминающим морские водоросли.
— Как же это приятно, — улыбнулась Аква, резко погрузившись под воду и сделав несколько быстрых движений хвостом. — Как здесь легко дышится.
Бабушка, почувствовав знакомую силу в хвосте, тоже нырнула, легко маневрируя в воде. Она плавно всплыла рядом с внучкой, её седые волосы развевались в подводных потоках, а глаза светились мудростью и уверенностью.
— Вода всегда была нашим домом, Аква, — с улыбкой сказала Изольда, её голос звучал мягко, но твёрдо. — Мы акваманцы. И сейчас наша сила нужнее, чем когда-либо.
Аква взглянула на свои руки, заметив, как между пальцами появились тонкие перепонки, делая их более приспособленными для плавания.
— Я знаю, бабушка, — кивнула она, осматривая окрестности. — Здесь, под водой, я чувствую себя по-настоящему сильной. Но Нерокса тоже из этой стихии. Она будет использовать это место против нас.
Изольда нахмурилась задумавшись.
— Нерокса коварна, но мы знаем этот мир лучше. Мы используем каждую его тайну в свою пользу. Помни: вода хранит воспоминания. Она может показать нам путь.
Голубь, оставаясь на поверхности, лишь кратко подал знак, что будет наблюдать и ждать.
"Будьте осторожны, — раздался его телепатический голос. — Я не смогу помочь вам там, где прячется Нерокса. Но я свяжусь с вами, как только почувствую что-то важное".
Аква и Изольда кивнули ему, после чего резко рванули в глубину. Вода становилась всё прохладнее, но их тела легко адаптировались к её температуре. Они двигались с грацией, как если бы всю жизнь прожили в океане.
Скоро вокруг них появились морские скалы, заросшие водорослями, и косяки разноцветных рыб, мелькавших в их пути.
— Смотри, внученька, — указала Изольда указав вперед, - Как здесь красиво.
Аква улыбнулась осматриваясь.
— Конечно. Теперь это место кажется мне ещё более знакомым. Оно как будто зовёт нас.
— Марина в замке Нероксы, я уверена, — сказала Аква, её голос звучал твёрдо, но внутри она чувствовала дрожь.
— Не забывай, Нерокса может подготовить ловушку, — напомнила бабушка. — Мы будем осторожны, но двигаться надо быстро.
Они обменялись понимающими взглядами и направились вперед, их хвосты оставляли за собой плавные водяные следы. Вода становилась их союзником, проводником и щитом в этой опасной миссии.
Аква стремительно мчалась, её хвост ритмично двигался из стороны в сторону, разрезая воду с лёгкостью и силой. В её сердце бушевал шторм — страх за сестру смешивался с яростью и решимостью. Глубины океана, обычно такие спокойные и умиротворяющие, сейчас казались мрачными и полными опасностей.