Ритуал совместного вдыхания эфирных газов стал закономерным апогеем вечера. Лишь под покровом густой ночи гости, словно призраки, начали растворяться в лабиринтах улиц.
Пуш, пьяный в дым, покинул золотой дворец, а премьер-министр, подпитываясь энергией ярилиной батареи, окончательно решил: завтра же издаст указ о прекращении опасных исследований диска и роспуске всей исследовательской группы, предварительно взяв с каждого клятву молчания под страхом позорной казни за разглашение государственной тайны.
Глава 4
Жизнь на Айконе тем временем шла своим чередом. Года пролетали незаметно.
Поль отключился от ярильной батареи на рассвете. Над сонным городом ещё клубилась фиолетовая мгла, когда он скользнул к складу, где штабелями громоздились шунгитовые ящики с пустыми хрустальными шарами из-под алкопара. Его обязанность – доставка этих драгоценных контейнеров в рудники. В недрах планеты скрывалось большое озеро жидкого спирта.
В периоды активности планетарного ядра, спирт закипал, и пещеры над озером наполнялись живительным паром. Его и закачивали чекуши в хрустальные сферы. Мирологи нашли способ удешевить добычу: сам жидкий спирт выкачивался и на заводе искусственно выпаривался, а для разнообразия в элитные сорта добавляли пятипроцентные ароматизаторы. Это не только приносило баснословные прибыли, но и позволяло круглый год снабжать всех жизненно важным продуктом, не завися от периодов активности ядра. Искусственный алкопар был грубее, не позволяя акваноликам дышать полной грудью, но зато и смертность от его недостатка сошла на нет. Правда, продолжительность жизни сократилась вдвое. Если раньше акванолик жил тысячу лет, то теперь пятисотлетний юбилей считался великим счастьем. Правительство и богачи могли себе позволить роскошь – натуральный алкопар, добытый прямиком из пещер. Это обеспечивало им долголетие и незыблемость власти над остальным народом.
Поль доверху наполнил ящиками гудящий дрон. Отрегулировав силу магнитного поля, он активировал его. Машина, откликаясь на усиление амплитуды, стала подниматься в верх. Поль распахнул створки своей хижины, накинул чёрный плащ и, словно тень, скользнул в ночь, направив дрон курсом к рудникам.
Активность ядра уже угасала, словно догорающая звезда. Скоро, на долгие полгода, чекуши переключатся на выкачку жидкого спирта, лишая Поля всякого заработка. Десять лет назад, рудник забрал его отца, оставив двенадцатилетнего Поля круглым сиротой. Мать, обезумевшая от горя, пристрастилась к воде. Однажды перейдя черту дозволенного, она отравилась, растворившись в бесконечных файлах ЧЕЛО. Пособие выплачивать перестали. Его выходил Эйл, сосед – старый акванолик, сколотивший состояние на торговле с петликами, инопланетными торговцами с соседней планеты. Но и Эйл теперь покоился в холодных архивах ЧЕЛО, предоставив Полю самому бороться за выживание.
Эйл в своё время оплатил обучение парня в лучшей ликерии, но клеймо происхождения не позволило юноше задержаться там надолго. Пока опекун был жив, его терпели, но сразу после его смерти вышвырнули вон. Где это видано, чтобы чекуш, отпрыск чернейшей расы Айкона, учился наравне с мирологами, аристократами белого среднего сословия? Позор нации! Так и не завершив образование, Поль был вынужден довольствоваться работой подсобного рабочего. Из-за юного возраста ему поручали лишь перевозить пустую тару из города на рудники. И эта работа была сезонной. К выкачке спирта Поля не подпускали и близко.
Именно поэтому парень решил выжать из себя несколько сверхурочных смен, чтобы запастись алкопаром до следующей активации ядра. Покупка искусственного была опасна для здоровья, да и средств у него было в обрез. Те медяки, что оставались после покупки пара, Поль складывал в накопитель, мечтая через пару-тройку циклов нанять молодого, подающего надежды миролога, чтобы все-таки закончить ликерию в память об опекуне и получить заветный диплом. Только так он мог вырваться из этой трясины нищеты, стать хотя бы синяком и получить более престижную работу. Погруженный в размышления о будущем, Поль и не заметил, как достиг рудников. Пожилой чекуш, не торопясь, пересчитал выгруженные ящики, внес количество шаров в книгу учета и отсчитал горсть медных монет.
– Что так мало? – в голосе Поля звучало неподдельное удивление. – Всегда алтын за шар был, а тут всего шестьдесят. Получается, четверть алтына за шар…
– Ты от меня-то чё хошь? – проворчал старик, отводя взгляд. – Хозяин-то вон рудника сказывал – расходы-то посокращать. Как ядро-то снова активируца, цена-то и подымется.