Командиры отрядов молча переглядывались между собой, наблюдая за подполковником и поражаясь его глубокому пониманию военной техники. Он не просто слушал, а улавливал суть принципов, о которых говорил инженер. Им было непонятно, как обычный следователь, далёкий от проблем действующей армии, смог так глубоко вникнуть в суть вопроса.
– Корпуса космических транспортёров, – начал объяснять академик Фантом, – покрыты пластинами, разработанными по новой технологии с применением шунгитового волокна. При воздействии электрического разряда эти пластины считывают окружающее пространство и маскируются под него, становясь невидимыми для любых видов глаз, камер и эхо-волновых определителей. Шунгит, отражая все виды волн, позволяет боевым машинам оставаться не только невидимыми, но и неопознанными.
– А откуда они получают энергию для разрядов? – уточнил Трезуда.
– От ярильных батарей. Они, в отличие от тех, что на Айконе, помещаются в ладони. Но их способность поглощать и аккумулировать энергию Ярила в разы превосходит существующие аналоги. Размещённые на определённом расстоянии по поверхности транспортёров, они, хоть и остаются видимыми, но создают иллюзию космических мелких обломков, в изобилии засоряющих межпланетное пространство.
Трезуда насторожился. Он на секунду задумался и повернулся к командирам:
– Как вы находите такое решение?
Те немного растерялись, не ожидая, что к ним обратятся, и ответили неуверенно:
– Очень… продуманно.
– Вы так считаете? – внимательно посмотрев на них и покачав головой, отреагировал Трезуда. Офицеры заволновались: "Что напрягло нового начальника? Вроде все мелочи учтены. Неужели он просто хочет показать, кто тут главный? На него это вроде не похоже". Подполковник подлетел ближе и внимательно осмотрел зеркальную поверхность миниатюрных многоугольников серебристого цвета.
– Скажите, уважаемый академик, как вас по имени? – уточнил Трезуда.
– Фантом, – с волнением ответил глава научного центра.
– Уважаемый академик Фантом, – продолжил подполковник, – напомните мне, как много космического мусора, или, как вы изволили выразиться, обломков, находится в запланетной зоне нашей звёздной системы?
Он специально сделал акцент на определении "запланетная зона". Трезуда не понаслышке знал, что пространство засорено только внутри системы, между планетами. Ар не раз рассказывал, как чисто в просторах космоса вдали от цивилизаций.
– Полагаю, меньше, чем в межпланетном, – смутился Фантом.
– Полагаете? – повысил голос Трезуда. – Или уверены?
Фантом промолчал.
– Во-первых, как близко вы ознакомились с настоящими образцами летающих обломков? Какого они цвета? Как много среди них серебристых с зеркальной поверхностью? Вам непростительно допускать такие оплошности! – продолжал выражать недовольство Трезуда. – Вы учёные! Прежде чем решать, какую защиту, питание, маскировку, оружие использовать, вы обязаны исследовать особенности места, где всё это будет применено! Так вы считаете, что вдруг появившиеся космические обломки в чистом от мусора пространстве не привлекут внимание врага? Или на нас недавно упал крупный метеорит, оставив за собой огненный хвост? А может, на соседних планетах случилось что-то подобное? Нет?
Фантом опустил глаза и мысленно проклинал себя за то, что не учёл этот немаловажный факт. И никто же ему не указал на это, не поправил, не убедил, что так устанавливать батареи нельзя. А он сам? Видно, он уже не справляется с нагрузкой, и пора уже искать себе замену, пока он не подвёл себя или, ещё хуже, своих товарищей под сонник.
– Молчите? – сверкнул глазами Трезуда. – А вы куда смотрели? Он обратился к командирам, и в голосе его звучала сталь:
– Эта, казалось бы, мелочь может подвергнуть наших воинов и всех нас смертельной опасности!
Трезуда понимал, что, возможно, излишне строг. Слова его были правдивы, но можно было указать на просчет и более дипломатично. Однако, изучая в последнее время архивы истории дипломатии, трезвенник убедился: такой подход малоэффективен, когда речь идет о прямой угрозе.
– У вас двое суток, чтобы все исправить! – уже чуть мягче произнес Трезуда, обращаясь к академику. – Ознакомление окончено, мы возвращаемся в министерство.
С этими словами он резко развернулся и направился к айколёту. Командиры, опустив головы, последовали за ним. Сконфуженный академик и довольный инженер тоже проводили важных гостей до взлетной площадки.
Глава 48
Вчера было торжественное открытие обновлённого завода. Теперь он не только производил искусственный алкопар, но и зацикливал процесс, превращая отработанную воду с помощью светлячков обратно в жидкий спирт. Тем самым откачка из природного озера сошла практически на нет. Сегодня, светящийся от счастья яркой синевой, Гал спешил в их новую квартиру. Она уже обрела свой окончательный и неповторимый вид, согревая своим уютом и изобилием света.