Когда в назначенное время Трезуда, командиры и с два десятка солдат, среди которых был и лейтенант, прибыли на космодром, подполковник распорядился, чтобы Пазука разместили в одном транспортёре с ним. Тут же поползли шепотки между солдатами и командирами. С чего это вдруг такое пристальное внимание начальника к своему секретарю?
Лейтенант почувствовал себя, как чекуш перед правителем. Это было настолько ему неприятно, что секретарь съёжился и боялся поднять глаза на сослуживцев. А они, наоборот, подмигивали ему, мол, как тебе в нашем коконе побывать, когда ты про нас сплетничал?
Когда все заняли свои места в транспортёрах, Трезуда вдруг распорядился:
– Лейтенант Пазук, поменяйтесь местами с помощником водителя. Всем приготовиться к взлёту!
Экипаж переглянулся, но молча исполнил приказ.
Машины запустили двигатели, бесшумно взмыли ввысь и, застыв на мгновение, словно перед прыжком, исчезли в сиреневой дымке неба Айкона.
Когда отряд вышел в межпланетное пространство, Трезуда обратился к лейтенанту:
– Мне известно, что вы с блеском прошли испытания по управлению на учебном имитаторе военного транспортёра. Поэтому, пока мы не покинули нашу звездную систему, приказываю вам взять управление на себя. Курс задан. Придерживайтесь указанных координат.
– Господин подполковник, – осмелился возразить капитан, ответственный за управление транспортёром, – боевая машина – это не айконский тренажер. Мы в открытом космосе, где малейшая ошибка может обернуться катастрофой.
– Кто дал вам право оспаривать приказы командира? – отрезал Трезуда, и в голосе снова зазвучала сталь. – За пререкания – трое суток ухода за тяжелобольными в крестовиках! Исполнять!
– Слушаюсь, – глухо отозвался капитан, покорившись неизбежному. Он передал управление лейтенанту, а сам, мрачнее тучи, расположился у экрана помощника.
Пазук, с мелкой дрожью в хвосте, крепко обхватил штурвал. В висках, словно похоронный марш, пульсировало волнение. Он понимал, что от его умения сейчас зависит жизнь всего экипажа. Глубоко вздохнув, он отбросил страх и, вспоминая все уроки, принялся управлять машиной. Трезуда, наблюдая за его четкими действиями, уверенными командами и точными отчетами, не мог скрыть довольной улыбки. Парень оказался не промах. Он не ошибся в нем.
– Внимание! – скомандовал он. – Всем машинам, мы выходим в зону предположительного нахождения врага. Заглушить сверхзвуковые двигатели, активировать защитные щиты, сканировать пространство в радиусе ста километров.
Двигатели стихли, перестав извергать огненные языки плазмы. Лишь невидимые эйфоровые потоки позволяли маневрировать транспортёрами. Они застыли в черной бездне космоса, словно призраки из древних легенд. Один за другим машины стали плавно исчезать под пластинами титаново-шунгитовой защиты. Обнаружить их местоположение можно было лишь благодаря специальным чипам, передающим сигналы через сложную систему приборов, использующих пароментную волну – гениальное изобретение военных инженеров.
– Капитан, – приказал Трезуда, – займите свое место!
Лейтенанту сейчас не стоило находиться за штурвалом. Он не был посвящен в секретные разработки и мог не сориентироваться в критической ситуации. На сегодня и этого испытания было вполне достаточно.
Внезапно, словно из ниоткуда, по ним открыли огонь! Защитные щиты с честью выдерживали натиск, но транспортёры мощно отбрасывало от ударных волн. Сопротивление эйфоровых потоков не справлялось с нагрузкой, а включать основные двигатели было опасно. Трезуда успевал отдавать четкие приказы, его голос, спокойный и ровный, эхом отдавался в кабине. Он пытался вычислить невидимый источник огня, просчитывая траектории и анализируя данные сенсоров, чтобы нанести ответный удар. Капитан проявлял чудеса ловкости. Его руки, умело касаясь сенсорной панели, плавно вели корабль сквозь хаос, избегая столкновений с транспортёрами, ведомыми ударной волной. Его тело мерцало от внутреннего напряжения, но взгляд оставался острым и сосредоточенным. И тут лейтенант заметил прозрачную рябь слева по курсу. Он моментально сориентировался, его мозг обработал информацию со скоростью нейронной сети, и он, огласив координаты, взглянул на капитана. Тот, ни секунды не медля, развернул машину. Точно выпущенный поток эйфора надёжно зацепил подозрительный объект. В мгновение ока, по команде Трезуды, единым залпом защита врага пала, и взору открылся массивный корпус беспилотного дрона. Следующий залп поразил уже саму цель, озарив иллюминаторы ослепительной вспышкой. Дрон мгновенно растворился в пространстве. Ни обломков, ни какого-либо другого следа от недавнего агрессора не осталось. Яркий свет молниеносно сжался и, словно умирающая звезда, исчез в темной пучине космоса.