— Да запихай мне хвост в пасть! — холодно скомандовал Драк. — Сожгите эту мерзость дотла!
В ту же секунду, словно магма из проснувшегося вулкана, на поверхность радоженской массы хлынул поток радонового излучения. В прежние набеги этого было достаточно, чтобы живое озеро, издавая на низких частотах истошный визг, холодящий даже толстенную чешуйчатую кожу дранозавров, скручивалось в предсмертных конвульсиях и, сворачиваясь в уродливую кляксу, застывало в смертельной агонии. Но развитие технологий на планете Радож не стояло на месте. Они тоже постоянно совершенствовали своё оружие.
— Что происходит, уважаемый советник? — в ужасе взревел Драк, когда вместо привычной картины он увидел, как масса, смешавшись с потоком радона, стала шипеть, бурлить и, поменяв свой розовый цвет на тёмно-коричневый, вдруг быстро начала разъедать кевларовую обшивку. — Это невозможно! Этот материал не поддается ни температурам, ни известным нам кислотам!
— Исчадие ада! — шёпотом обратился к нему Сиор. — Да прикажи наконец остаткам этого трусливого сброда пришвартоваться к нашему видрозаму и тянуть вверх изо всех сил. А вивероны пусть высекают, жгут огнём, отгрызают, я не знаю, что ещё делают, уроды, пока не освободят бока и дно судна от этой напасти!
– Храбрые мои воины! – истошно вопил перепуганный вождь. – Во имя Ока, молю, не медлите! Зацепите флагманский видрозам аромидными канатами, тащите нас из этой смертоносной клоаки! Внемлите совету мудрейшего Сиора! Ещё мгновение, и кислота прожжёт корпус, оставив нас на дне этой адской бездны!
Не дожидаясь конца этой отчаянной мольбы, отважные дранозавры, несмотря на смертельную опасность, ринулись спасать своего капитана. Дроны, словно проворные пауки, цепляли канаты за крючья, и сотня кораблей, слившись в едином порыве, начала вытягивать видрозам. Вивероны, точно птицы, сошедшие со страниц древних легенд, обжигали, извергая из пасти огонь, кипящие кислотные нити, тянувшиеся за кораблём из озера. Те извивались, угрожающе пуляя в ответ проедающими всё каплями, но под упорным натиском всё-таки лопались, сдавая свои позиции. Застывший в ужасе экипаж ощущал, как потрескивает пол под лапами, а их чешуя снова покрылась ледяной испариной. Аромидные соединения натянулись до предела. Кислота, словно ненасытный зверь, разъедала кивларную оболочку, её ядовитые пары медленно, но неумолимо подтачивали прочные нити. Минуты спасения для Драка превратились в вечность. Последние, натянутые как струны, липкие щупальца кислоты лопнули, и видрозам, словно выпущенный из катапульты, взмыл ввысь, врезаясь в своих же спасителей, раскидывая их, словно дерущихся мелких дракончиков. Корабли, не успевшие сманеврировать, поглотила испаряющаяся кислотная масса, унося в небытие их храбрость и отвагу. Уцелевшая часть флота выправилась, избежав гибели. В гробовом молчании дранозавры провожали товарищей, растворившихся в адском озере, глядя на медленно исчезающие едкие клубы пара.
Глава 58
Петлику населяли каменные столбоподобные существа. Изначально это была безжизненная планета, пронизанная хребтами разнообразных каменных пород. Безмолвное богатство не укрылось от алчных взоров инопланетных цивилизаций. Безжалостная добыча камня грозила Петлике полным разорением, превращая её в изрытое кратерами подобие жалкого спутника, обреченного на одинокое сближение с Ярилом, чей огненный покров грозил её поглотить.
Но судьба распорядилась иначе. Путь к погибели пресёк астероид-скиталец, врезавшись в Петлику и изменив её орбиту. Тяжелый удар, хоть и мощно встряхнул и без того истерзанную планету, но спас её от неминуемой гибели. Так Петлика обрела своё новое место, став естественным спутником Айкона.
После катастрофы климат планеты преобразился. Ледяная пыль, оставшаяся от хвоста астероида и окутавшая её плотным кольцом, стала таять под лучами Ярила, подарив планете умеренно теплый климат. Осколки космического льда, занесённые астероидом и рассыпавшиеся по поверхности, образовали в кратерах живописные озера. Прежним браконьерам стало невыгодно посещать планету, и Петлику оставили в покое.