Она, сдерживая слёзы, ударила жезлом. Звезда вновь окрасилась красным цветом.
Макош подняла руку, и появившийся огненный шар стал поглощать Наяри. Ни одного слова раскаяния не произнёс премьер-министр, ни одной искры любви не промелькнуло в его глазах. Пиксель-Лун еле сдерживал бушевавшие в его сердце эмоции. Он вспомнил, как когда-то гордился своим отцом, как скучал, когда тот был вынужден поселиться на Айконе, как был счастлив снова воссоединиться с ним, как страдал от его возрастающего отчуждения. Вспомнил, как надеялся, пребывая в заточении, что отец одумается и вернётся к нему. Поль с товарищами окружили Пикселя, выражая своё сочувствие.
— А теперь пред вами предстанут герои Айкона. Да узрите деяния их!
Небо вновь озарилось огромным экраном, и кадр за кадром развернулась перед глазами собравшихся история подвигов, совершённых семёркой самоотверженных акваноликов ради спасения и процветания своей планеты.
Народ Айкона восторженно утонул в овациях. Макош, с терпеливой улыбкой наблюдая за всеобщим восторгом, казалась воплощением спокойствия и мудрости.
Где-то в глубине ликующей толпы, сквозь слёзы счастья, пробивался голос Коуса:
— Куб, мой сын! — кричал он, обращаясь к окружающим акваноликам. — Я так счастлив, друзья, он — герой!
На другом конце площади, скромно потупившись, плакала Зара. Синяки, обнимая её и целуя руки, поздравляли мать героя. Она же, молча, восторгалась сыном, и лишь тихий вздох выдавал её сожаление о том, что отец Куба не дожил до этого знаменательного часа.
В кругу трезвенников слышались раскатистые возгласы:
— Да здравствует Трезуда! Слава Обме, отцу героя! Милость Пушу, отправившему его уничтожить дранозавров!
— Безопасность Айкона превыше жизни! — звучало со всех сторон, наполняя сердца решимостью и патриотизмом.
Восстановители, размахивая алыми плащами, восторженно выкрикивали, глядя на своего коллегу:
— Эв — спаситель Айкона! Мы все любим тебя!
Бодун Склян, окружённый горами ящиков, щедро раздавал шары с алкопаром всем желающим. Задыхаясь от переполнявших его чувств, он громко призывал акваноликов:
— Берите, мне ничего не жалко! Славный Нав — он мой герой, я горжусь своим сыном! Ради него я готов отдать всё!
И лишь маленькая группа чекуш, понуро опустив головы, безмолвно оплакивала погибших родных и близких, чьи имена навсегда останутся в их скорбных сердцах.
Но вот Макош, воздев обе руки к небу, призвала народ к тишине.
Жрица, исполненная величия и благодати, вывела вперёд скромного Поля — чекуша, облачённого в родовой, переливающийся огнём чёрный плащ, с запотевшими от слёз радости и торжества глазами.
— Запомните этот миг, справедливые и добродетельные акванолики! — провозгласила Макош, её голос звучал словно колокол, разносясь по всей планете. — Перед вами тот, кто явит вам чудо, ибо он сам — чудо! Галактики не видели, вселенная не слышала, чтобы кто-то из разумных созданий Ока смог достичь такой милости и добра, самоотверженности и бескорыстия! Кого вы видите? Чекуша? Нет, вы видите целителя души и тела, мудреца и созидателя великого будущего! Отныне и во все световые века род Поля будет в почёте, ибо увековечен в творении своём! Узрите его свет! Он сейчас переливается семью цветами!
И правда. Поль стал плавно менять свечение, начиная с красного, плавно переходя на оранжевый, затем жёлтый, зелёный и другие цвета, которые человеки на планете Земля когда-то называли "радугой". Большинство из этих цветов акванолики видели впервые. Поэтому их восторгу и благоговению не было предела.
— И это будет знаком для всех живущих в галактиках, — продолжала пророчествовать Макош, — что сила и милость посетила их и Око покровительствует ему! Ибо не придумали ещё таких слов, чтобы описать бесконечность разума его и доброты! И я провозглашаю Поля, чекуша планеты Айкон, отцом всех живущих ныне и во веки веков!
Ошарашенные услышанным, акванолики замерли в оцепенении. Окинув всех полным любви взглядом, Макош взяла жезл правосудия и ударила им о поверхность Айкона. Звезда окрасилась в ярко-красный цвет. Народ продолжал молчать, лишь где-то послышались редкие аплодисменты. Правительница вновь улыбнулась. Она медленно подняла правую руку. В воздухе возник огненный воин, держащий в руках ларец. Макош открыла его, опустила руку и извлекла золотой плащ ярийца.
— Может, это победит ваше вековое недоверие, и вы осознаете, что чекуши — великий народ? — нежно спросила жрица. Приблизившись к Полю, она протянула ему одеяние.