— Неплохая идея, — оценил предложение Куб. — Благодарочка тебе! Я предложу ребятам этот вариант.
— Ты упомянул про Эва, как он там? Очень бы хотел с ним встретиться.
— Так узнай через своих дронов-шпионов или залезь к нему в систему.
— Нет. Эв — наш друг ещё со времён ликерии. Я не могу с ним так.
— Ну, я передам ему твои слова. Я сегодня с ним встречаюсь. Кстати, мне уже пора. Давай, тут не скучай!
— Конечно, — усмехнулся Пиксель. — Я же от безделья изнываю!
глава 21
Кабинет Наяри вновь был закрыт двойной защитой – золотыми и шунгитовыми щитами. Премьер-министр метался по кабинету. Пуш, напротив, излучал невозмутимость, терпеливо выжидая, когда Наяри соизволит заговорить.
– Я вот зачем тебя позвал, – наконец выдавил премьер-министр. – Как ты оцениваешь последние сводки по городу?
– Что-то тебя не на шутку взволновало, вижу, – непринужденно отозвался Пуш. – Уточни, что именно беспокоит. Необъяснимые сбои в городских системах или ситуация со свечением?
– Со свечением как раз всё более-менее ясно, – Наяри опустился в электроволновое кресло. – Хотя ситуация, безусловно, аховая. Найти способ использовать эту жижу для стабилизации ядра Айкона сейчас в приоритете, но мы как-то да управляем ситуацией в этом направлении. Меня беспокоят сбои. Мы не просто не можем их контролировать, мы даже не понимаем природу их происхождения. Что твои отделы смогли выяснить?
– Ситуация и вправду неоднозначная. На первый взгляд – обычные программные сбои. Отдел программистов выявил ошибки в алгоритмах, быстро их исправил, и системы вновь заработали как часы. Такое случается, но меня тревожит частота этих сбоев в последнее время. Раньше мы сталкивались с подобным раз в полвека, а тут – шестнадцать фактов выхода системы из строя за три года. И самое главное – анализ показывает, что контролирующие отделы эти сбои не фиксировали. Им докладывали уже постфактум. Это явно спланированные акции. Но как мои ребята ни пытались проследить источник команды, ничего не вышло. Лучшие IT-специалисты прогнали программы через все мыслимые и немыслимые проверки, но не обнаружили ни шпионских программ, ни вирусов, ни вредоносных кодов. Так что, если за этими провокациями кто-то и стоит, он умело заметает следы.
– Звучит неутешительно, – Наяри потянулся к алкопру. – Но продолжайте работать в этом направлении. Я головой отвечаю за мир и безопасность акваноликов. А тут такое… Обрати внимание, неполадки затронули все направления обслуживания Айкона: связь, работа щитов, управление транспортом, электронная система обмена информацией, несколько обслуживающих дронов вышли из строя. Один, делая массаж, смертельной дозой облучил миролога. Пришлось утилизировать машину. Даже подключение к ЧЕЛО было атаковано. Кстати, из Супергалактики поступило предупреждение и указание переписать программу не только МЕОБИ – межпланетного обмена информацией, но и отправить делегацию на конференцию для усиления защиты ГАСЭСО – галактической сети электронного сообщества. И, несмотря на то, что специалисты нам самим ой как нужны, ты же понимаешь, я не могу отказать ЧЕЛО.
– Но военные системы не пострадали, и восстановители тоже, – уточнил министр обороны. – Может, ты преувеличиваешь проблему? Пока мы позволяли Пикселю переписывать и улучшать программы, все работало исправно. Но как только ты узнал об этом и категорически запретил с ним сотрудничать – начались проблемы.
– Так найди или воспитай специалистов уровня Пикселя! А то набрал тупых дранозавроподобных лентяев, которые ни на что не способны! – повысил голос Наяри. – Да, военные не столкнулись с нарушениями, потому что там служат трезвенники, и задействована лучшая защита. Хотя генерал Страг доложил, что на полигоне был замечен странный тип. Считать его не смогли, хотя один капитан заметил, как тот что-то вынюхивал и пытался сетчаткой глаза запечатлеть или скопировать объекты. Но капитан его спугнул, и тот странным образом исчез. На счёт восстановителей - я прислал тебе файлы о странном чекуше. Ты их изучил?
– Детально – нет, – признался Пуш. – Только поверхностно просмотрел.