– Пиксель? Он на Айконе? Я был уверен, что он давно покинул не только планету, но и нашу галактику. А каким боком он причастен к судьбе Поля?
– Ты задаёшь много ненужных вопросов. Это большой секрет! – Куб, в своей ироничной манере, передразнивая Эва, оглядел коридоры и шепотом заключил: – Он хочет встречи со старым другом!
– Паразит ты! – рассмеялся Эв. – Сообщи ему, что если так хочется увидеть меня, пусть сам выходит на связь.
– А по-другому никак, – расплылся в улыбке Куб. – Даже я не могу первым с ним связаться, так как его официально не существует.
– Ладно, шпионы, я помчался совершенствовать талант Поля, а ты там давай осторожнее и привет Пикселю!
Глава 22
Праздник Единения Синяков в этом году обещал стать зрелищем небывалым. Юбилей все-таки – десять тысяч лет со дня обретения первого синего плаща. По легенде, когда акванолики освоили Айкон, они были существами прозрачными, словно хрусталь, а их жизнь была наполнена гармонией и созиданием. Покоряя планету, поселенцы черпали энергию от солнечных батарей – гениального изобретения ученых, призванного сохранить энергию Ярила. Мастеровыми в те времена был прославлен род, во главе которого стоял Сонам – искусный рукодельник. Его творения, созданные простыми инструментами, им же и придуманными, являлись истинными произведениями искусства. Они до сих пор бережно хранятся в музее истории Айкона. Когда на планету спустились ярийцы и заключили договор о сотрудничестве с новыми обитателями, Жрица Великого Творца Око была поражена талантом Сонама. Она предложила ему первому выбрать цвет свечения для его сословия. Семейство не долго совещалось и, в память о лазурном небе родной планеты, единогласно избрало синий. Так Сонам стал первым, на чьи плечи правительница народа Яри в торжественной обстановке возложила синий плащ. Она повелела передавать это дивное ремесло из поколения в поколение, дабы радовать мир акваноликов изяществом. С тех пор мастеровых неизменно окружал синий ореол, напоминающий об их прародине. Чтобы память о чудесном таланте Сонама жила в веках, символом синяков стали два его любимых инструмента – циркуль и угольник, а между ними – изображение Ока, в знак вечного союза между акваноликами и ярийцами.
На главной площади Мола, города мастеров, ремесленников и рабочих, вырастали яркие шатры всех оттенков синего. В них планировалось продавать не только юбилейный алкопар, выполненный в стиле мастера Сонама, но и сувениры, выдержанные в той же стилистике. Кроме того, синяки могли приобрести по доступным ценам лекарства, компактные ярильные батареи и плащи из новой коллекции. Самые роскошные были сотканы из размягченной бирюзы, вытянутой в тончайшие нити.
После обработки пластитом они сохраняли податливую гибкость. Более скромные модели изготавливались из нейроволокна: почти невесомые, полупрозрачные, они мерцали голубым оттенком в темноте. Утяжелителями служили крохотные гирьки, вырезанные из натуральной бирюзы и прикрепленные золотыми нитями к краям плаща. Самодеятельные музыкальные коллективы готовились поразить публику своими талантами. Весь город был украшен сине-голубыми флагами и лентами, перекликающимися с изящными копиями инструментов Сонама. Синяки доставали из своих сундуков праздничные плащи и украшения.
Трезуда и его внушительный отряд трезвенников-военных, откомандированные на праздник в связи с возможным присутствием в Моле неуловимого Пикселя и возможными беспорядками во время праднования, уже сканировали город. Трезуда распределял солдат, оставив основную силу на площади. Появились торговые айколеты бодунов. Глава Межпланетной Гильдии Торговцев, бодун Склян, лично, в сопровождении сына, занял центральный шатер. Склян, прославившийся своей алчной натурой и умением извлекать выгоду из любой ситуации, самолично разработал дизайн и заказал пятьсот уникальных сфер с алкопромом, предвкушая получить от их продажи солидную прибыль.
– Нав, присмотри, чтобы с товаром обращались бережно, – распорядился он, обращаясь к сыну. – А я пока найду управляющего Молом, надо с ним обсудить процент налога в пользу города.
– Не волнуйся, я тут зв всем прослежу. – Заверил молодой, коренастый бодун с серебристым отливом волос и бездонными серыми радужками глаз.
– Капитан Трезуда! – словно из ниоткуда возник ответственный трезвенник. – Рад обеспечить вашу безопасность.
– А я Нав, сын Скляна, главы всех бодунов на Айконе. Мы тут уже начали выставлять наш эксклюзивный товар. Он очень дорогой, но какой изящный! Вы только посмотрите, видели где-нибудь такую красоту? То-то же, и стоит сегодня всего пять коруш. Согласитесь, это неоправданно низкая цена для такого произведения искусства, но я очень рад, что синяки могут порадовать себя таким бесценным приобретением. Ой, что-то я заболтался! У вас своих дел невпроворот. Простите, господин капитан, не смею вас больше отвлекать!