— Вер!
— Что?
— Давай сердце нарисуем?
— Чем? — девушка подошла к Ярославу и положила голову ему на плечо. Его светлые волосы упали ей на лоб и пощекотали кожу.
— Можем ключами, — Ярослав достал из кармана свои ключи и провёл по стене. Ключ сняли верхний слой краски. На стене осталась царапина, а из-под неё виднелась светлая побелка, — рисует.
— А тебе стену не жалко? — Вероника улыбнулась и поцеловала его в щёку.
— Вообще нет, — Ярослав сделал ещё пару царапин, и на стене появилось сердце с буквами, — это мой язык любви. Рисую каракули для моего художника везде, где можно.
Ярослав поцеловал Веронику в губы и посмотрел в глаза. Его полный любви взгляд успокаивал и оставлял приятное ощущение в сердце. Телефон Ярослава зазвонил, но он не ответил. Не отводя взгляд от парня, Вероника прошептала:
— Тебе звонят.
— И что? Всё равно.
— А если там что-то важное?
— Я сейчас смотрю на самое важное. Я там, где хочу быть.
Вероника встала на носочки и поцеловала Ярослава в губы. Её щёки приобрели мягкий розовый румянец, а этой любовью дышала вся лестничная клетка. Эти чувства витали в воздухе, задевая волосы, руки и одежду пары. Ярослав наклонился, обхватил её за талию и поцеловал в ответ. Прохлада подъезда, приятный холод рук на теле и теплые пухлые губы Ярослава. Счастье…
Девушка открыла квартиру и рухнула на кровать. Прямо в мокрой одежде, она сжалась в комочек на кровати, заплакав навзрыд. Мама опять уехала в командировку. Почему сегодня, когда ей так плохо?
Это ужасное ощущение, когда плачешь один. И никого рядом нет, некому написать и некому позвонить. Ты один, за окном темнота, а на душе разрываются снаряды, убивая всё. Вероника взяла телефон и вставила старую сим-карту. Вновь показались старые переписки, фотографии и воспоминания.
Одну за другой Вероника стала пролистывать их совместные моменты. Тут они улыбаются в парке аттракционов с усами из сахарной ваты. Видео, где Ярослав играет на гитаре, и они поют вместе. В конце он поцеловал её в щёку и утянул в объятия на кровать. Они тогда чуть гитару не сломали.
Вероника сквозь слёзы улыбнулась. Иллюзия его присутствия была настолько опьяняющей и затуманивающей мозг, что оторваться было не возможно. Заканчивая одно мгновение вместе, она открывала другое и так снова и снова. Слёзы продолжали литься, от мыслей, что это закончилось. Рассматривая по долгу фотки, она срывалась на плач и была готова кидать телефон в стену, но почему-то продолжала рассматривать.
Они такие странные вместе и почти не похожи внешне, но были частью друг друга. И научиться жить без этой части оказалось сложней, чем в книгах и фильмах. Как без второго лёгкого. Без этой части становится тяжелее дышать и сердце бьётся медленнее. Всхлипывая, Вероника открыла переписки.
Ночные переписки по несколько часов. Тут и стихи Ярослава о любви и фотографии рисунков Вероники, где они вместе. Их мечты, победы, слёзы, улыбки, надежды и молитвы.
Абсолютно всё.
До самой ночи Вероника листала их фотки, пока за окном лил сильнейший ливень. Дочитав сообщение и последнее «Хороших снов, Вер. Люблю тебя)», девушка откинулась на кровать. Красные, опухшие глаза с трудом моргали и неприятно горели.
Самое ужасное решение, которое она может принять сейчас, пришло в голову. Но сейчас оно выглядело не как плохая идея, а как светлая лампочка и последний свет. Сколько последних шансов она успела потратить за один день? Неисчислимое множество. На ватных ногах он дошла до стола, где лежала новая сим-карта и снова поменяла их. По памяти он набрала номер и приложила телефон к уху. Гудок. Он легла на кровать и сжала подушку. Гудок. А вдруг они всё ещё сидят в кафе, или он с этой шваброй? Гудок и шуршание в трубке. Ворчание и частичный мат. Вероника затаила дыхание.
— Алло, кто это? — немного сонный голос Ярослава послышался в трубке.
— …
— Аллоо! — Молчать. Главное молчать. Вертелось в мыслях Вероники. Тело снова затрясло, и Вероника невольно всхлипнула. Такой родной голос. Так больно и хочется его слышать.