Говорят, первый шаг к исцелению — принять и смириться с проблемой и да, я принял и смирился с болезнью, но исцеления я не хочу, я хочу остановиться на этом первом шаге. Меня невероятно пугает возможность исцеления, исцеление — это бесконечная беспросветная тоска. Я же хочу опять ощутить запах моря, приятную тяжесть послушного меча, вернуть Машу, Альта и пусть эта жизнь будет только в моем больном сознании, но мы же договорились, что реальность — это его проекция и для каждого она конечна. К чему там призвал Даниил Хармс…: «Оставь! Оставь, мой друг, мечтанья, Освободи от смерти ум». Но нет не оставлю! Теперь я буду определять реальность так, как её воспринимает мое сознание, рецидив — манна небесная, свобода моя.
Семен Львович достал из внутреннего кармана белый шелковый платок и прикрыл им нос, я же, доев яйцо, допиваю остатки ещё горячего какао, громко швыркая и причмокивая.
— Надеюсь мы сможем поговорить, — видно, что Семен Львович в этом сомневается, — пока Вы так выразительно пили какао, я придумал занятную аллегорию и хочу Вам её теперь изложить, — таким тоном обычно говорят с маленькими детьми, — представьте, три прозрачные трубки, их может быть пять, десять не важно. В общем, эти трубки подсоединены к сосуду. В сосуде жидкость под давлением, которая выдавливается в трубки. Далее, возможно, трубки соединятся, либо наоборот разделятся на ещё большее количество трубок, но жидкость в них всегда будет двигаться под действием давления в сосуде. По одним быстрее, если они тонкие, по широким, соответственно, медленней. Теперь представьте, что жидкость — Ваше сознание, распределённое по прозрачным трубкам, которые можно определить как жизненные пути. Давление в сосуде — энергия Вашего сознания, результат его работы. При недостатке энергии, давление в сосуде падает и движение жидкости во всех сосудах прекращается. Поскольку Ваше сознание везде и нигде одновременно, энергия сознания в каждой трубке определяет силу давления в сосуде.
Семен Львович всматривается в меня, пытается понять, доходит ли до меня сказанное. Я бы на его место засомневался, вспомнился детский стишок Александра Веденского: «Кто растрёпан и всклокочен? Кто лентяй и озорник? Ну, конечно, Коля Кочин. Отстающий ученик.» Я хоть и не озорник как Коля Кочин, но порядком растрёпан и всклокочен. Бонусом бездумный взгляд в сторону, хлебные крошки и яичная скорлупа в колючей бороде. Тем не мене, внутри я оживаю, приход Семена Львовича дает надежду, что не все закончилось, что ещё возможна Атика. А если я оживаю, то значит и энергия сознания начинает создавать давление в аллегоричном сосуде Семена Львовича. Смысл её понятен — ступор здесь, в пятой палате, привел к застою во всех других реальностях, которые, в понимании Семена Львовича, на самом деле существуют и существуют одновременно. Если даже представить, что я не сошёл с ума и реальность не одна, а сознание способно перескакивать из одной в другую, то где-то, все же, должно находится физическое тело, источник энергии, и это место и есть единственная реальность.
— Не до конца, — перебивает мои мысли Семен Львович, — не до конца Вы уловили суть. Сознание не перескакивает с одной реальности на другую, оно существует в различных реальностях одновременно. Что же касается тела, то это только форма, часть содержимого реальности, сколько реальностей столько и форм.
Интересно. А кстати, если только сознание представляет собой единственное постоянное во всех реальностях, а формы меняются, то каким образом вы перемещаетесь вместе со мной?
— Ещё раз, — Семен Львович закатывает глаза, — никто не перемещается, все мы постоянны. А что касается каждого из нас, Ваших коллег по пятой палате, то давайте предположим, что где-то мы реальны, а где-то только плод Вашего воображения.
Кажется понятно, что он имеет в виду: психические расстройства существуют даже в его фантастических представлениях о реальности. Скорее всего, я и сейчас разговариваю сам с собой. Но уверен, что Сава, Семен Львович и Виталик существуют на самом деле. Те, в больничных пижамах, с Сервантесом под мышкой, разговаривающие с кактусом, они настоящие, они были здесь. Просто они куда-то пропали, возможно, их перевели на другой этаж или в другое крыло, но они где-то здесь, где-то рядом, и здесь моя реальность, из которой я черпаю все свои знания и воспоминания, здесь мое тело — источник энергии моего больного сознания.
— Впрочем, может статься, что тела вообще не существует или не существует именно той физиологической оболочки, к которой Вы привыкли — проекция сознания…