Толпа на станции еще немного пообсматривала «бродяжку», «проститутку», «наркоманку» – мнения людей не сильно разнились – а затем прозвучал сигнал приближающегося поезда.
Астра увидела дымку, что клубилась по стене, и почувствовала, что сможет пройти внутрь, сквозь все, что ее окружает. Разум был категорически против такой идеи, но музыка разрасталась, заполняла все клеточки тела; казалось, она грохотала на всю станцию, должна взбудоражить всех людей… но только Астра слышала ее и уверенно шла вперед.
– Эй, ты что делаешь? – Возмутился местный призрак, когда женщина подошла к самому краю платформы. Ее веки слегка подрагивали, будто она спит, но ноги вели точно к цели. Поезд вот-вот появится, только секунды отделяют ее от музыки.
Парень спрыгнул на пути и, пытаясь перекричать шум и грохот станции, внушал Астре:
– Перестань, не делай этого! Что с тобой? Ты как… неживая… эй, стой, стой! Видишь, какой я – ты что, тоже хочешь обретаться тут вечно?
Но женщина не слышала и не видела его. Музыка звучала все ближе. Нужно только спуститься на пути, перейти их и встать у той стены: тогда она обретет покой, музыка уляжется внутри, и не нужно будет никуда спешить.
Призрак еще что-то кричал вдогонку, но Астра уже перешла к стене, где висел плакат с изображением кота. Дымка рассеялась, пар поднялся, ушел сквозь потолок метро и в стене возник круглый проход, заслоненный плитой.
Прозрачный парень ошарашенно таращился на все происходящее, а люди не обращали внимания. Астра дотронулась ладонью до круглой плиты, на которой значилось:
Воде кто душу подарил
И без остатка, и без сил
Упал к ногам Царя, и был
Прикован цепью, ввек застыл.
Он выпьет досуха тебя,
Посадит в клетку, средь зверья,
И как поднимется заря –
Отдаст во славу, для Царя.
Плита отодвинулась назад, образуя щель, из которой смотрела тьма.
Астра, повинуясь мелодии, звучащей теперь как приглашение, шагнула в проход и скрылась из виду. Плита вернулась на место, и все стало как прежде.
Тем временем поезд ушел, на станцию вышли новые пассажиры, не подозревающие, что за явление заставило тамошнего призрака замереть от шока.
ГЛАВА 6
Тело ныло и горело. Открыла глаза – уже хорошо, облизнула губы – еще лучше.
– Эй, – тихонько сказала я, чтобы послушать свой голос. Оглядываюсь, насколько хватает обзора, понимаю – больничная палата, все минимально, строго, стерильно.
Трогаю рукой голову, лицо – кругом бинты, ощущаю себя мумией без саркофага.
В палату входит врач, полагаю, раз уж он в белом халате, шапочке и латексных перчатках.
– Добрый день, как самочувствие? Вы проспали больше десяти часов, мы за вас переживали.
– Мы?
Врач выглядит молодо, у него карие глаза и из-под шапочки торчат непослушные волнистые каштановые волосы, он сочувственно улыбается.
– Ну, да, тут ваш друг, который вас и доставил. Вотер, кажется.
Молчу, пытаясь вспомнить друга по имени «Вотер». Нет таких, качаю головой.
– Нет, не похоже, чтобы…
К нам влетает еще один мужчина, на вид постарше доктора, на нем мятая рубашка цвета морской волны и светлые джинсы. И одна прядь темных волос загнута наверх. Легкая щетина на лице, а поперек носа – пластырь телесного цвета. Кажется, я уже где-то его видела…
– О, пришла в себя! Это же чудо! Доктор, спасибо, огромное спасибо, просто не знаю, как вас благодарить, – и мужчина, пожимая руку доктору, кладет купюру в нагрудный кармашек халата.
У доктора сейчас глаза выпадут из орбит, уж не знаю, от радости и удивления или от возмущения и злости.
– Но! – Лишь успевает воскликнуть молодой доктор, как мужчина, крепко сжимая плечо, выпроваживает его за дверь. Мне как-то не по себе.
– Вы кто?
– Вотер. Иногда – Айс. Реже – Стим. Но неважно. Я приношу глубочайшие извинения, мне очень-очень жаль, что все так вышло.
– Меня сбила машина, как я понимаю? И учитывая все ваши «глубочайшие» и так далее, за рулем были вы… а до этого, я ударила вас дверью кафе.
Вотер-Айс-Стим кивнул и схватил мою левую руку, единственную свободную от бинтов.
– Вас зовут Фло, я не ошибаюсь? Так вот, дорогая Фло, я настаиваю на своем покровительстве, и когда вы совсем поправитесь, мы пойдем в роскошный ресторан, самый роскошный, что есть в этом городе. И мне бесконечно жаль, абсолютно и бесповоротно. Понимаю, вы меня не в силах простить – мне так жаль…