Голос становился громче и громче, вскоре от него посыпались разряды и искры.
– Не волнуйся, брат. Все продумано, – спокойно ответил «хриплый».
– Итак… быть Первой из Замечающих, кто познакомился с нами, и стать Первой, кто увидит нас в последний раз – наверное, это трогательно. Пусть её проводят, брат.
ГЛАВА 11
Вотер-Айс вскочил с диванчика.
– Тебя прислала Нафаида?!
– Кто? Никто меня не присылал, что с тобой?
Аквариуса едва ли не трясло.
– Но ты Замечающая!
– Ну да. При чем тут эта Нафаида? Это же сестра Нептуна и Посейдона, если верить книге…
Мужчина молча смотрел на меня. Взгляд будто прощупывал сознание: правду ли я говорю? Забавно, что кот с таблички на дереве тоже упомянул Нафаиду – сдается мне, что все, кого ни коснись, знают много больше, чем я.
Я пододвинулась к краю дивана и взяла Аквариуса за прохладную руку.
– Послушай: я – это я, никто меня не посылал, тем более, это ты меня во все впутал – ни о какой Нафаиде я не знала до книги. О связи Замечающих с этой смертно-бессмертной сущностью я ничегошеньки не знаю. Может, ты меня просветишь?
Вотер все еще сомневался насчет меня.
– Не знаешь?
Мотаю головой и тяну за руку, чтобы присел рядом. Он садится, я не выпускаю руки. Возникает чувство, что на коже капельки прохладной воды, это заставляет поежиться.
– Ты замерзла?
– Нет. Просто чувствую… воду на коже. От твоей руки.
– Правда?
Киваю в ответ. Может, это убедило его, и он начал рассказ.
– Книга не врала насчет таких, как я. Нас тысячи повсюду. Мы – беглецы. Нас ищут и с помощью разных уловок пытаются вывести под яркое солнце или погрузить в воду. Нафаида действительно существует как смертная и как сестра Нептуна и Посейдона. Она знает способы нашего преследования и убийства – более того, она же их и придумывает, и с каждым разом совершенствует. Все это – чтобы вернуть нас. Чтобы мы вновь стали рабами и слугами. Как Аквариус. Но он все равно не раб и никогда им не станет – его сердце чисто, хоть он и прикован цепью. А мы пока свободны. Эта книга… знаешь, кто ее написал?
– Нет.
– Возлюбленная Аквариуса. Она смертна и также чиста сердцем. Только Нафаида сделала её своей рабыней, чтобы Страж Прохода никогда её больше не увидел. Она думала, что от этого их любовь исчезнет, Аквариус смирится и станет покорным и преданным слугой. Девушка написала эту книгу, когда узнала о нашем мире, когда все поняла, она была одной из Первых Замечающих. Книга как предостережение всем остальным. Нафаида узнала об этом и каким-то образом заставила девушку забыть обо всем, сделав ее своей игрушкой. С тех пор Нафаида собирает Замечающих по всем городам и странам, чтобы обучить их охотиться… на нас. Она никогда не рассказывает правду – все ее предлоги ложны. Вбивая в головы пока еще ничего не понимающих Замечающих, что они должны сражаться «со злом» в лице страшных Аквариусов, она создает «армию». Верующая во что-либо армия молодых амбициозных ребят готова на многое. На самом деле, Нафаиде нужно вернуть нас и принести как можно больше жертв для своих братьев.
Вотер-Айс перевел дыхание. Мои мысли крутились внутри этой истории. Я боялась задать вопрос, и еще больше – получить утвердительный ответ.
– А Возлюбленную Аквариуса, зовут, случайно, не АСТРА?..
***
Ребята рассредоточились по трем ближайшим станциям. Ромашка и Яблоня остались там, где был Проход.
– Ох, Ромашка! Ты себе даже не представляешь, как я рада!
Женщина, не оборачиваясь, спросила:
– Чему рада?
– Ну как! Ты наконец-то объяснила нам, как там все устроено на самом деле, и сегодня мы, возможно, прямо сейчас, увидим Сам Проход! Это как… как сон наяву!
– Я бы на твоем месте так не радовалась, – тихо произнесла Ромашка, избегая ее взгляда, – сны ведь разные бывают. Например, кошмары…
Яблоня восприняла слова Наставницы в шутку.
– Ну да, увидеть ужасающего Аквариуса – это как прикоснуться к истории, к чему-то более древнему, неизученному, непостижимому и таин…
– Помолчи, пожалуйста, – прервала девушку Ромашка. Яблоня нисколько не обиделась, лишь поинтересовалась шепотом:
– А, тебе надо сосредоточиться, да? Молчу-молчу.
Ромашка прикрыла глаза. Яблоня же, напротив, таращилась на прохожих и пассажиров; высматривала мелких персонажей, что оказывались на пакетах, сумках, одежде. Она заметила кота, который, психуя и беснуясь, вертелся по всему плакату, пытаясь снять с лапы вновь застрявшую банку. Также девушка внимательно следила за стеной, где должен открыться Проход.
Наконец, Ромашка открыла глаза и улыбнулась Яблоне.